Перебежчик

Посему к курсантам из них он относился весьма благосклонно, а с некоторыми и вовсе держался по-дружески.

К этим немногим людям принадлежал Уно Калдма. Именно Поган Казе провел его окончательную вербовку. После подписания всех причитающихся документов она тоже была отмечена рюмкой настоящего французского коньяку.

Капитан Поган Казе был лично знаком с любимцем адмирала Канариса фрегаттен-капитаном Александром Целлариусом и имел в его лице поддержку для себя и школы. Однажды, когда курсант Калдма уже оканчивал свое трехмесячное обучение, Целлариус приехал из своей ставки, расположенной в Риге, с инспекционной проверкой.

Для этого он воспользовался русским автомобилем «ЗИС-101», на котором ездили высшие чины советского государства и самые важные генералы Красной армии.

Фрегаттен-капитану Александру Целлариусу, резиденту абвера по Прибалтике и Скандинавии, шефу всех разведывательных и диверсионных школ Прибалтики и Финляндии, было хорошо за сорок. Он был худощав, скромен, в речах конкретен и краток.

Носил седоватые усы и старомодное пенсне. Целлариус терпеть не мог, когда его встречали с помпой, и любил обращение «капитан Келлер». Таков был оперативный псевдоним этого человека.

Много чаще, уж раз в две недели точно, в поместье Мыза Кумна приезжал помощник Целлариуса майор Шульц. У него за спиной также было немало лет службы в разведке. Он в отличие от своего шефа любил, когда в школах, будь то Мыза Кумна, Кейла-Юа, Валга, Вано-Нурси или Вихула, его встречали пышно и с явными изъявлениями радостного, если не сказать щенячьего, восторга.

Обычно о приезде майора Шульца начальники школ знали заранее. К его визиту все чистилось, убиралось и вылизывалось, хотя в школах в принципе всегда присутствовал должный порядок. На памяти Уно Калдмы майор Шульц приезжал в Мыза Кумна семь или восемь раз.

Когда Калдма обучался в школе, в ней было всего тридцать два курсанта, разделенных на восемь групп. Две из них были морскими. Восемь человек готовились стать радистами. Те и другие с двух часов пополудни до шести занимались по собственным программам.

Моряки учились управляться с катерами, шлюпками и байдарками, осуществлять несложный ремонт и ориентироваться на воде. Инструктором морского дела у них был некто Чацкий, которого звали Георгием Яковлевичем, что тоже, вероятно, было фикцией. Уж слишком литературно выглядела его фамилия.

Радисты изучали свою аппаратуру и работу на ключе. Особое внимание отводилось быстроте передачи текста.