Академия неконтролируемой магии

— И я уверен, что он собирает армию в самом незащищённом месте империи.

— Здесь, — мрачно закончил я и едва сдержал ругательство.

___

Таер* — обращение к магу без титула. У деда Рика Исгарда титула нет, так как герцогом зовётся его сын и отец Рика.

Глава 10

— Какого шаргха, Арек! — вызверился я, стоило только сесть за наш стол.

Оллэйстар на обед не остался, но видели его многие. И ещё больше решило, что он приехал сюда не по просьбе Оттельберга и своим делам, а для того, чтобы присмотреться к стихийникам.

Наивные и глупые, как я и говорил.

— Что?..

Ну, конечно. Бедный преподаватель основ самопознания подавился чаем и начал надсадно кашлять. Сипя, он потянулся за салфеткой, сбросил бокал и снова раскашлялся. Беда бедовая.

— Как ты дожил до... сколько тебе? — покачал я головой.

— Что? — сиплым шёпотом.

— Лет тебе сколько? — Арек уставился на меня бессмысленными бараньими глазами.

— А не надо так пугать, — прижав руку к груди, отозвался он. — Знаю я, сколько мне лет, тридцать девять. А ты со своими боевыми замашками уже вот где. — Он провёл ладонью по горлу.

Странно. То ли я уже того, и не замечаю, что пугаю окружающих, то ли Арек снова перенервничал.

— Объясни мне, почему соврал насчёт лиерры Киндерен и я пообещаю специально топать, только чтобы тебя не пугать.

— Соврал? — С кряхтением наклонившись, Арек поднял бокал и отставил на другой край стола. — Когда?

— Когда сказал, что с ней всё нормально.

Ситуация... напрягала. И даже не тем, что Аделин без сознания, со стихийниками такой силы это бывало. Происходящее в первую очередь беспокоило неизвестностью. Кто нас закрыл? Откуда у него заклинание Эвилонбергов? Для чего ему смерть моя или Аделин? Или ему нужны обе наши жизни?

Тьма вопросов без единого шаргхова ответа.

— И в чём я соврал? — мрачно отозвался Арек, салфеткой промокая мокрые пятна на рубашке. — После такого стихийного всплеска не то, что обморок, смерть была бы нормальным явлением.

— Но я-то тебя спрашивал не об этом.

Несмотря на лечение, раны на спине ещё беспокоили. Когда я отказался пролёживать бока в лазарете, лекари, конечно, выдали тонну мазей вместе с уверением, что так я загнусь, но никто не подумал, как я стану наносить их на спину.