Хозяйка усадьбы, или Графиня поневоле

Большая кровать, мокрые простыни, как оказалось, от крови, и пищащий свёрток сбоку – вот что я увидела, осмотревшись.

– Где я? – понимая, что бред нереальный, решила переспросить.

– Вы в Лисграде, в моём доме. Но как это всё произошло? Ваша душа ушла за грань, я явственно чувствовал, – доктор несмело притронулся к моей руке. – Вас привёз господин Филимон Ильич, мечущуюся в родовой горячке. На магическую помощь не реагировали. Поздно он вас нашёл.

– Какой Лисград, какая родовая горячка? Я на операции в городской больнице с аппендицитом.

– Где? На операции? – тихо переспросил доктор и очень внимательно на меня посмотрел.

И именно в этот момент мужчина, что лежал на полу без чувств, поднялся и резко схватил меня за руку.

И в тот же момент тихо приоткрылась входная дверь.

– Лев Маркович, – шёпот, исходящий от кудрявой рыжей головы, что торчала в дверях, заставил всех присутствующих замереть от неожиданности.

– Прошка, не видишь, что я занят? Пошёл вон, – шёпотом сквозь зубы доктор попытался выгнать слугу.

Я молчала, как и гад, что крепко держал мою руку.

– Но там очень наглая и визгливая особа требует встречи…

– Всех пациентов приму позже! – Лев Маркович, теряя терпение, направился к двери.

– Господин, но она не к вам рвётся, а к графине Ольге Ивановне, – рыженький зажмурился. Может, ожидал, что его сейчас ударят?

К графине? К Ольге Ивановне? Ко мне? Что тут происходит, где я? Ужасно правдоподобный сон, мне такой первый раз снится, детальный, цветной.

– Отпусти мою руку! Больно, – я попыталась немного повернуться, но слабость не дала этого сделать. Чужие пальцы лишь на чуть-чуть ослабили хватку, но не выпустили моё запястье.

– Что ей нужно? Графиня очень слаба, только родила, пусть ждёт…

Резкий толчок, щелчок, и кудрявая голова исчезла из дверного проёма, а вместо неё появилась... Смерть? Тьфу ты! Так и заикой можно остаться.

В дверях стояла высокая худая женщина в чёрном платье, лицо которой было скрыто непроницаемой вуалью.

Ик…

– Да дайте же мне кто-нибудь воды, – тихонько постучав себя по груди свободной рукой, потребовала я.

– Вы кто, что вам нужно? – неожиданно на ноги вскочил Филимон Ильич, выпуская мою руку из плена, тут же ожил доктор.

– Воды, конечно, непременно, графиня, – он поднёс к моим губам стакан с прохладной жидкостью.

– Жива, – из груди женщины в чёрных одеждах вырвался вздох облегчения.

– Вашими молитвами, – почему-то вырвалось у меня.