Разбуди меня

- Вечер добрый, господа, - протянул я, делая шаг в комнату и обозревая выражение крайнего удивления на лицах мужчин, и облегчения – у Ани, - боюсь, что планы придется пересмотреть. Мы против.

Лицезреть обескураженные и растерянные лица оказалось недолгим удовольствием. Ее отец пришел в себя очень быстро, вновь вернув себе гордый и надменный вид. Он узнал меня, но даже не попытался сделать вид, что воспринимает, как серьезного соперника. Зря, он еще не знает, как сильно заблуждается на мой счет. Недооценивать противника самая большая глупость в поединке.

Во время нашего разговора, если это можно так назвать, я часто поглядывал на Аню, которую удерживал высокий темный парень с бесстрастным выражением лица. Я еле удержался, чтобы не переломать ему все конечности с шагом в сантиметр. Ничего, его я оставлю на десерт и объясню, насколько недопустимо его поведение в отношении Ани в частности, и всех девушек, в общем.

Вот зря я ей ничего не рассказал, ох зря! Ведь знал же, что этого не избежать! Но все равно тянул, надеясь непонятно на что…

И сейчас злость и предвкушение боя разбавлялись волнами страха за реакцию девушки и дикого сожаления от своей нерешительности в прошлом.

Я смог прошептать только одно слово - прости, надеясь хоть немного сгладить то, что сейчас произойдет. Краем глаза уловил, как утек как можно дальше ее бывший хахаль, на что я только презрительно хмыкнул. Полукровка! Недаром он оказался неспособен к обороту.

Ее отец уже провыл вызов на бой, после чего, при всем моем желании, остановиться мы уже не могли. Я заметил возрастающее недоумение и испуг в ее глазах, но успел только подать знак Дену, чтобы приглядел за ней. И в эту же секунду трансформировался, практически одновременно с противником.

Он был силен, несомненно. Огромный и ширококостный, альфа обычно вырастал заметно выше и крупнее обычных оборотней, имея изначальное преимущество.

Тебе будет со мной очень непросто, сволочь.

Но вопреки ожиданию, бой не начался. И на этот раз дело было не во мне и не в белом звере напротив.

Произошло то, чего я так боялся. То самое, непоправимое, хлестнувшее едкой болью по внутренностям, почти останавливая сердце....