Что ты несёшь с собой - часть II

— А пранья? — не сдавался Чалерм. — Она, если помнишь, твоя жена.

Вачиравит нахмурился.

— Тоже к Арунотаю. Она ему нравится. Тем более махарьятта.

Я закатила глаза. Ну конечно, глава спит и видит! Не говоря уже о том, что…

— Арунотай не решит проблем клана и нам не позволит, потому что он нюня!

По упрямому лицу Вачиравита скользнула тень сомнения.

— Я тоже не решу.

Я не удержалась и всё-таки взяла его за руку. Вачиравит вздрогнул, но не стал выпутываться. Я как можно проникновеннее заглянула ему в глаза.

— У тебя есть смелость совершать рискованные поступки. Ты её иногда не к месту используешь, — я кивнула на то место, где сожгла сноп, — но всё равно это очень важное качество, особенно при управлении кланом. Без тебя будет гораздо труднее что-то сделать с этими проходимцами из совета. Ты нужен нам и нужен людям, которые страдают от сложившихся порядков. Тот же Танва…

— Я этому клану ничего не… — перебил меня Вачиравит, но я подхватила его слова.

— Не должен, я помню.

Я и не говорю, что ты должен. Ты нужен. Тем людям, которые страдают от клана. — Я махнула рукой в сторону деревни. — Люди гибнут просто потому, что члены совета вконец распоясались и очень хотят денег. Неужели лучше глупо сгинуть на охоте, чем им помочь?

Вачиравит опустил было взгляд, но тут же снова зыркнул на мои губы, проверяя, не говорю ли я дальше, потом ещё раз и ещё.

— Тебе нет до меня дела, — наконец заявил он.

— Есть, — тут же парировала я.

Он всё-таки поднял взгляд.

— Ты сама говорила!

Когда это? А, что он меня как муж не интересует? Мне казалось, он эту новость воспринял с облегчением.

— Я говорила, что не буду к тебе приставать. Это не значит, что мне всё равно, жив ты или мёртв.

— Когда я дрался с водяным, ты защищала его, а не меня, — буркнул Вачиравит.

Ого, вот где обида-то засела!

— Кхм, — раздался голос Чалерма, и я чуть не подпрыгнула: забыла, что он рядом сидит. Вачиравит тоже обернулся на движение. — Я тебе уже объяснял, что защищала она как раз тебя.

Это был хозяин озера. Если бы ты его убил, и тебя, и всех твоих ближних постигла бы тысяча несчастий.

Вачиравит надулся и отвернулся, как ребёнок, который просится гулять и не верит, что на улице тайфун, хотя вон он за окном громыхает. Я же прикусила язык: Чалерм не совсем верно представил ситуацию. Если убить хозяина озера, тысяча несчастий обрушится не на убийцу, а на случайных людей в случайном месте.