Совенок. Путь к трону. Пятая часть

Шлепнулась на палубу, была подхвачена парой сильных рук, поставлена на ноги и прижата к телу мужа.

– Живая! – выдохнул Фильярг, сжимая так, что Юля не могла вдохнуть.

Рядом настойчиво кашлянули, а потом на плечи лег чей-то пиджак, в который ее тут же закутали, потом посчитали это недостаточным, и кто-то поделился еще и вторым, повязав его на талии.

Над головой взмахнули крыльями, и Юля спохватилась:

– Прилетай в академию, – крикнула, прикрывая глаза от порыва ветра, – обязательно прилетай, ребята подарки сделали.

– Хорошо. Береги себя, личинка, – рокотнули в голове, – а мне пора… Своих успокаивать.

И с хрустом обломился, не выдержав оттолкнувшихся от него лап, нос корабля. С плеском ушел под воду. Над палубой повисло напряженное молчание.

– Дай мне посмотреть на нее, – властно попросил столь знакомый голос. Юля сама отстранилась от мужа, смело взглянула в глаза его величества и, чуть запинаясь, произнесла:

– И снова сд–зд–равствуйте.

Рельгар вздернул брови, мгновенно оценил диспозицию – неугомонная жена Четвертого жива, цела, но невменяема и в малопристойном виде. Махнул рукой, приказав:

– В каюту ее.

– Отец! – выступил вперед Шестой, и король добавил:

– Этого тоже. Чарксов отозвать, флот ждет приказа. Пока никто никуда не уходит.

Юля могла промолчать. Могла вообще ничего не делать, а еще лучше – вырубиться, и оставить мужчин заниматься своими прямыми обязанностями – решать проблемы.

– Вы их про–Во-воцируете.

– Юля, ты что пьяна? – ошарашено прошипел на ухо Третий.

И как-то стыдно стало… Пока они все ее спасали, рискуя нарваться на боевое столкновение с калкалосами, она надиралась… Причем в сомнительной компании с головами.

– В каюту, – стальным голосом повторил король.

– Вы такой же как он!

На этот вопль среагировал даже приземлявшийся на палубу чаркс.

Рядом тяжело, с намеком на казематы, вздохнул Третий.

А его величество вдруг оказался перед Юлей, притянул, впечатывая в себя и заставляя ощутить все прелести пылающего королевского гнева.