Совенок. Путь к трону. Пятая часть

Аль с сожалением отвел взгляд от кипящей пены, расходящейся от носа разрезающего воду корабля. Повернулся к капитану, едва заметно склонил голову:

- Господин капитан, и вам.

Мужчина был высок, загорел и напоминал Алю высушенную на солнце рыбешку. Виной тому были белые, выгоревшие на солнце волосы, просоленная, задубевшая на ветрах кожа лица и худощавое телосложение.

Капитан нервно поправил китель. Огладил волосы. Надел фуражку. Откашлялся. Аль терпеливо ждал. В академии давно привыкли к принцам, которые регулярно оказывались в числе курсантов.

Да и не принято было там кичиться титулами. Какое почитание, когда за провинность можно было отправиться носить ведра с отходами? Да и король требовал равного отношения к своим отпрыскам, говоря, что принцы успеют еще вкусить отравленного вкуса власти. Пусть в детстве и юношестве побудут обычными людьми.

Но академия осталась позади. И Аль читал во взгляде капитана законные опасения о высоком статусе пассажира.

- Ваше высочество, плавание по расчетам займет пять дней. Мы пересечем четыре зоны нестабильности, прошу на это время воздержаться от использования магии. Вы не пропустите их – корабельный колокол будет отбивать каждые полчаса.

Аль был в курсе – Второй нашел время подробно рассказать о плавании младшему, завершив ожидаемым: «Не посрами огонь семьи, мелкий». Аль, правда, не совсем понимал, как названия узлов, которыми крепили паруса или «битье силы», как здесь называли оповещение о зоне нестабильности, помогут ему в пути.

А вот рассказ о Такии попытался запомнить во всех подробностях.

- Скажите, господин капитан, а почему вы назвали судно «Покоритель огня»? – задал Аль мучавший его вопрос.

Оказалось, что одного вопроса было достаточно, чтобы мужчина забыл о своих опасениях, и Аль удостоился рассказа о боевом прошлом корабле.

«В Шахтае дело было. Порт подожгли, еще и магическим огнем, а из Асмаса мы одни на якоре стояли. Сами понимаете, пришлось помогать.

Еле огонь под контроль взяли. Местные нам это название и дали».

Аль подумал, что Третий не зря выбрал для путешествия именно это судно и совершенно другим взглядом посмотрел на капитана.

- Для меня честь находиться на вашем корабле, - искренне произнес он.

Неприятности начались на второй день, когда они вошли в первую зону нестабильности, и колокол сухим и чистым звуком каждые полчаса напоминал об осторожности.