Совенок. Путь к трону. Пятая часть

Закат набирал силу розоВо-алых красок, и его высочество решил прогуляться по улице, уложить в голове подробности встречи.

Резкий оклик нагнал его, когда он, задумавшись, начал переходить улицу. Оклик перерос в вопль ужаса. Фильярг успел заметить взмыленную морду, ощеренные кривые зубы, бешенные глаза понесшего животного, раскрытый рот возничего и отпрыгнул в сторону.

Уже в прыжке, активируя щит, увидел, что приземляется на замершую истуканом девочку лет десяти.

Тело застонало, изворачиваясь.

Заныли, вытягиваясь, связки. Следом последовало жесткое приземление, и правая нога подломилась с противным хрустом.

Когда он лежал на каменных плитах, морщась от боли и от закладывающего уши пронзительного визга – девчонка от испуга вопила во всю силу своих легких – в памяти всплыли слова такийца: «А кому понравится, когда ему говорят, что он сломает ногу?!», и Фильярг понял, что в домик на берегу моря ему придется вернуться.

****

— Значит делим территорию на сектора.

Каждый курс берет на себя свою часть. Дежурство распределите сами. Безмолвных я лично поставлю в известность. Мы прикрываем территорию и общежитие, менталисты держат под контролем здание факультета. И помните – у них вода и ветер, у нас огонь, но главное – нас больше.

Шиль свернул план академии, внимательно оглядел старост курсов. Здесь были все от четвертого до четырнадцатого. Выпускной традиционно к внутренним делам академии не привлекали, а малыши только все испортят.

– Мы не хотим посвятить в план Шестого? – удивился один из парней.

Шиль одарил его снисходительным взглядом.

– Его высочество, – подчеркнул он статус друга, – ничего не должен знать о наших планах.

– Это вообще возможно? – усомнился кто-то.

Шиль пожал плечами, намекая, что это меньшее, что должно их волновать.

– В случае огласки мы отделаемся нарядами и взысканием, а его корона не пощадит. Одно участие Шестого в этом деле вызовет международный скандал. Так что не вздумайте проговориться.

Парни понимающе переглянулись.

– Не переживай, Шильярд, мы пепел.

И они по одному, оглядываясь по сторонам, потянулись из комнаты. Такийцы были обречены.

******

В домик на берегу моря Фильярг вернулся через пару дней. Нога срасталась неплохо, «радуя» регулярными фантомными болями, и потому настроение было далеким от идеального. Вдобавок, он никак не мог отделаться от чувства досады на провидца.