Мама для Совенка. Часть вторая

К слову, мир потрясающий, один калкалос чего стоит, а повышенный интерес и настойчивое желание контролировать... Неприятно, но терпимо. Главное, не позволить себя сломить, подмять, превратив еще в одну мадам, преклоняющуюся перед номерами.

— Это мой выбор, и другого не будет.

Она оттолкнула варвара, задирая голову и с удовлетворением смотря в его расширившиеся от удивления зрачки.

— Дерзишь, — констатировал тот, провел большим пальцам по губам, сминая их. Он наклонился, горячим дыханием опалив щеку. — У тебя десять дней, крошка.

Узнаю, что встала между братьями, — заберу младшей женой. Поняла?

Цензурных слов не осталось. Поэтому она с силой ударила его в грудь, выпалив:

— Пошел ты сам младшей женой!

Бить верзилу было той еще глупостью — только ладони себе отшибла, но вот словами она его оглушила. Замер, неверяще глядя на дерзнувшую сказать подобное ассару.

«Ходу!» — взвыл инстинкт самосохранения. Она обогнула застывшее высочество и сломя голову вылетела из комнаты, ожидая выкрика в спину, попытки догнать, но воевать с женщинами Второй предпочитал, видно, в горизонтальной позиции.

Поэтому догонять не стал. Зато догнал слуга и развернул в нужную сторону — в панике она свернула не туда.

Второй выругался, проследил за удравшей девчонкой, загасил встрепенувшийся азарт. Покачал головой — дура, необученная, неопытная. Кто же бегает от мужика, которого раззадорила? Ох и намучается с ней Третий... или все же Четвертый? Нет, нельзя, чтобы женщина встала между братьями. Ларс знал, к чему это может привести.

.. Ветвь держится на доверии. Пусть они не были близкими друзьями, но точно знали, что в спину никто из них не ударит.

Но какая дикая... И смелая — сделала вид, что не боится. Он, может, и поверил бы, если бы не бешеный стук сердца. Эх, не был бы женат, точно забрал бы к себе. Будем надеяться, девчонка поверила в его угрозу и перестанет ерепениться. Третий — отличный политик, но с женщинами нельзя как с иностранными послами. Пока будет искать подход, окружать опекой и мариновать вежливостью, она полдворца сведет с ума.

Потому Ларс и помог слегка, даже проявил щедрость, отпустив десять дней срока на женские метания.

Сама не понимает, глупая, что оттягивает неизбежное... Работу какую-то придумала. Никто ее из семьи не отпустит и не оставит столь сильный дар без контроля.

Но порадовала ассара, ничего не скажешь. Вспомнился Шестой — совершенно нормальный пацан, с горящими от увлечения глазами, хвастающийся новыми наставниками.