Месть невольницы. Истинная для дракона

Думала ли когда-то Эммили, что ей придется полагаться на девушек из гарема, получить от них поддержку и помощь? Точно нет. Ей раньше казалось, что все они её ненавидели. И вот теперь, если бы не верные невольницы гарема короля, она бы металась по замку одна, не понимая, за что хвататься первым.

Хотя, конечно, Арсель здорово помогал. Да что там, скорее – это она помогала ему. Все решения они обсуждали вместе и поэтому понять, кто первый предложил, было проблематично. И то, с каким рвением и самоотдачей принц старался исправить губительное положение страны, применяя все свои блестящие знания и умения, говорило ей о том, что молодой дракон всё ещё хочет заслужить признание.

До сих пор не до конца понимая, что его обязаны принимать и признавать просто по факту рождения. Принц, прямой потомок великого рода черных драконов, тоже ни разу не был на балу. Лишь в юности подглядывал в щелочку, если удавалось сбежать из подвала. И она знала, что мечта танцевать на балу – у них общая. Вот пусть и развлечется немного.

А она тем временем пополнит казну и укрепит положение сына в высшем обществе.

В назначенный день в самой большой зале дворца собралась вся знать страны, отличившиеся в сражениях воины, представители союзных им соседних стран, прибывшие с официальными визитами, ну и, разумеется, обитатели замка. Пятеро наложниц во главе с Альтари просто блистали.

Красавицы привлекали к себе взгляды всех присутствующих, и это позволяло Эммилии надеяться, что вскоре они перестанут быть невостребованными отставными наложницами короля. Ей было обидно за участь женщин в этом жестоком мире, хотелось все изменить в корне, а придумавших эти глупые порядки наказать. Чтобы не позволить злости завладеть её душой, она обратила внимание на принца, который буквально сиял.

Сегодня Арсель был в парадном костюме, расшитом драгоценными камнями и золотыми пуговицами, как положено потомку королевской семьи. Другая прическа и оболочка делали его просто красавцем, все девушке в зале бросали на него заинтересованные взгляды, не только не испытывая отвращения к его особенности, но скорее напротив – заинтригованные именно ею и его высоким положением.

Эммили снисходительно улыбнулась про себя.