Месть невольницы. Истинная для дракона

Что король не спрашивал её раньше, не приказал всем не трогать её, позволил причинять боль.

Как специально в голове прощебетал счастливый девичий голос из воспоминаний: «Мне с тобой ничего не страшно, Азар, ты самый сильный во всем мире!». Они тогда гуляли по саду, и она радовалась всему как ребенок.

- Эмми… А по-другому… Так, как я… Тебя трогал кто-то?

- Нет, господин.

Но не сказать, что это принесло особенное облегчение. Всего остального было столько, что не унести. Он так хотел залечить её раны, растормошить, но… На самом деле, очень-очень хотел, чтобы она была с ним такой же, как приходит во снах почти каждую ночь.

Дракон поддакивал изнутри.

И он начал целовать, ласкать её с большим напором, взял на руки и перенес на кровать, раздел, едва-едва гладя её шрамы и стараясь не трогать ожог, чтобы не причинить боль. Азар вдруг поймал себя на том, что с невероятным удовольствием касается её, прижимает к себе. Раньше ему тоже было немного приятно, но тогда он не ценил этого, считал мелочью и главное – не желал сам себе признаваться, что ему может нравится человечка.

Теперь же, почти потеряв то, что имел, наконец распробовал на вкус это редкое угощение – нежность её кожи, сладость её губ, мягкость её небрежно обрезанных волос… И даже испытал сожаление от того, что больше не может трогать их, как тогда…

Но в какой-то момент отчетливо понял, что отклика не будет. Её безучастный вид заставил его остановиться.

- Ты не хочешь этого, да? - И дышать перестал, ожидая ответа.

Вот бы сказала, что хочет… Он же добр и ласков с ней. Но девушка удивила и расстроила. Опять.

- Вы поэтому спрашивали про других?

И его опять скрутило внутри, а она и бровью не повела. Посчитала, что он побрезгует проводить с ней время, если у неё был кто-то против воли? Каким же чудовищем она его считает.

- Нет, не поэтому… Но ты не ответила.

- Как пожелаете, Ваше величество.

Вела себя словно послушная кукла. Он пытался найти в ее лице хоть какие-то эмоции. Но их не было. И он не знал, что делать или говорить.

Отодвинулся от неё немного, рассматривая, и всё. Молчание затягивалось. И вдруг неожиданно:

- Я могу идти, господин? – Она не смотрела на него, отводя взгляд в сторону, снова называла господином. И король, сжав зубы, терпеливо спросил:

- Куда ты хочешь идти, Эмми?

- На свое место, господин. – Она замерла в нерешительности и спросила явно через силу. – Или Ваше величество вновь желает разделить со мной ложе?

Он выругался.