Загадки Лисы

Отращивай!

Я попятилась, не ожидав такой реакции. В животе вновь поселился комок страха. Таор был прав…

— Я… Хорошо, раз ты так настроен… Думаю, мне стоит купить новое платье… с декольте, — осторожно сказала я, даже попытавшись улыбнуться, только улыбка вышла кривой. — Посмотрю, что можно найти у Анники, пока не набежали гости. Может что-то найду…

В голове вертелась только одна мысль: «Выбираться! Надо выбираться!»

В ответ Ардан шумно фыркнул и крепко прихватил меня за шею, подтянув вверх так, что я поднялась на цыпочки, запищав от страха.

Широкое лицо оказалось совсем близко.

— Никуда ты не пойдёшь, — угрожающе проговорил он мне в лицо, обдавая горячим дыханием. — За дурака принимаешь? Ни шагу за дверь, иномирка, пока не разрешу. Работай в чем есть. Когда я скажу, примешь клиента, уяснила?

— Уяснила… — с трудом просипела я, ощущая как мужской руке ничего не стоит нажать на мое горло только чуть сильнее, чтобы сломать шею.

— То-то.

Когда Ардан разжал руку, я не удержалась на ногах, упала вниз.

Ардан демонстративно запер служебный выход.

— То-то, — повторил, угрожающе зыркнув на меня. — Шаг вон, Лиска, выслежу, ты знаешь. Найду и… Поняла?

— Поняла… — прошептала я, держась за горло.

Родной знакомый трактир, мгновенно стал казаться тюрьмой, страшным спрутом, который ухватил меня своими щупальцами и тянет вниз, в бездну, где можно сгинуть навсегда.

Надо было срочно бежать.

Глава 13

Как-то раз, рассуждая про тайну моего появления, Ардан обмолвился, что единственный, кто может понять, как вернуть меня домой — могущественный верховный маг.

По его словам, тот маг настолько силён, что способен одним пальцем закрыть ворота Хаоса. Я не поняла, о каких воротах речь, но сразу загорелась идеей. Ардан тут осадил меня, заметив, что столица далеко и до неё мне не добраться. «К тому же, к магу безродная никогда не попадёт», — косясь на меня карими глазами, снисходительно добавил он. Я согласилась с его доводами, но с тех пор лелеяла идею отправиться в столицу и втайне собирала деньги на путешествие.

А теперь уже неважно насколько моя мечта неосуществима, потому что оставаться в трактире больше было нельзя ни дня. После утреннего разговора я ходила по залу на виду у Ардана, не поднимая глаз, то и дело ощущая на себе его тяжелый изучающий взгляд.

Смирившаяся, усердная, покорная… — он должен так думать. Народу с утра было немного, и внешне я работала как обычно.