Укради меня, алый дракон

Эта мысль была такой чудовищной, что просто не вмещалась в моё сознание. Я опустила взгляд на платье, но разглядела только плащ, завязанный у меня на горле и скрывающий изодранный бальный наряд с подолом, перепачканным кровью. Белья на мне не было. Туфли, наверное, соскользнули с ног во время полёта.

Сетарион приблизился ко мне и опустился на корточки. Слава всем богам, он был в брюках и сапогах и, судя по всему, в ближайшую минуту нападать на меня не собирался. Несмотря на этот очевидный факт, я всё равно невольно сжалась в комочек.

— Скажи, для чего ты украл меня у своего короля? — повторила я громче.

— Тс-с-с, не стоит кричать в пещере, здесь отличная слышимость, — сказал Сетарион и приложил палец к губам. — Я отвечу тебе, принцесса. Аркон Завоеватель не желал вести честные битвы за земли. В последнее время ему стали неинтересны сражения, он хотел лишь одного — упиваться собственной властью и безнаказанностью.

— Кроме другого дракона, — полушёпотом закончила я. — Ты унёс меня, чтобы ему отомстить?

— Чтобы проучить его! — прорычал дракон. — Лишить такой сладкой и желанной добычи!

Во мне, совсем недавно умиравшей и обессиленной, начал закипать самый настоящий гнев.

— Почему же ты не сделал этого сразу? Зачем дождался, пока Аркон лишит меня невинности?!

— Потому что я не знал, что владыка нарушит слово и прикажет убить всех во дворце! — твёрдо, словно отбивая молотком каждое слово, припечатал дракон.

После этих слов в моей памяти всплыл последний, недостающий кусочек мозаики, и я задохнулась от ужаса. Мама, папа, нянюшка, мои верные подружки-фрейлины, служанки, стража и папины министры… неужели они все теперь мертвы? В сознании мелькнуло мгновение, когда я взмывала над большим залом, захваченная когтями генерала: кипящий драконьей чешуёй, сталью и алой кровью жестокий бой. Неужели никто не спас короля и королеву?

— Стража должна была защитить моих родителей!

— Я видел, как они погибли, Айри.

— Будь ты проклят, красный дракон! — крикнула я, сжав кулаки. — Будь всё ваше племя проклято!

Мне казалось, будто крик заглушит раздирающую душу боль, но Сетарион не позволил мне орать. Он сгрёб меня в охапку и закрыл рот горячей ладонью.

— Недаром говорят, что все принцессы глупы, как жёлтые цыплята, — выдохнул он мне в ухо.