Вы всё жжёте! Том 1

— Франциск смешно выпятил губы, словно присасываясь к носику чайника. — Если я не решу их, никто не решит. Мне нельзя развоплощаться.

— Может, они не столь важны?

— Тогда бы и меня тут не было. — Франциск по-настоящему всхлипнул, по его щеке даже побежала призрачная слеза. — Что же теперь делать?

— Наверное, можно пронести кость во дворец, — предложила я. — Тогда вы попадете куда нужно.

— И при первом же проявлении вызванный некромант найдет и уничтожит пронесенную кость, — услужливо подсказал де Кибо.

— Да и как вы собираетесь проносить артефакт такого уровня во дворец? Это не защитный и не флер, обнаружат сразу, да еще и обвинят.

— В чем? — невольно заинтересовалась я.

— Мало ли в чем могут обвинить мою внучку? — подмигнул «дедушка». — Иноры бывают весьма изобретательны. Но давайте наконец проведем ритуал.

— А я? А как же я?

— Ваше дело, Ваше Величество, все равно требует обдумывания, с наскока его не решишь.

— Легкий щелчок мажеских пальцев, и я почувствовала, как во мне опять забурлила магия. Восхитительное чувство! — Поэтому займемся тем, чем можно заняться сейчас и что не терпит отлагательства.

На всякий случай я призвала огонь, и он ярко запылал в ладони. Блок действительно снят, по меньшей мере один. Причем снят практически походя, так, что я не ощутила ни малейших неудобств. Я покатала шарик огня на ладони, привычно наслаждаясь обжигающим жаром, потом размазала пламя по коже, получив огненные перчатки.

В чужом кабинете особо не поразвлекаешься, поэтому я убедилась, что магия вернулась в полном объеме, и сразу рассеяла заклинание.

— Но я тоже не терплю отлагательства! — возмутился уже пришедший в себя призрак. — У меня важное государственное дело!

— Которое ждало много лет, — напомнил де Кибо. — Значит, подождет еще чуть-чуть.

В дверь постучали, и Франциск испуганно метнулся сначала к ней, потом к потолку, высунул голову в коридор, но вернул в кабинет с куда более спокойным лицом.

Можно сказать, даже счастливым.

— Входите, Франсина.

В кабинет вплыла плотная инора средних лет, в платье не слишком дорогом, но хорошо пошитом. На голове не было привычного для служанки чепчика, и все же что-то указывало, что она — лицо, подчиненное хозяину дома.