Последний жрец

Так что тут мы были больше не нужны.

Так что чтобы опять не обивать пороги, я попросил у головы рекомендательное письмо за его подписью и печатью управы, в котором бы он описал мои умения как счетовода, а Лу — как высококлассного писаря-каллиграфа.

От такой характеристики богиня только тихо фыркнула — да, она осталась в кабинете головы — но ничего не сказала, с интересом наблюдая за моими действиями и просьбами.

Так как письмо голове ничего не стоило, как и сургуч на печать управы, а работой он на самом деле был доволен, уже через полчаса мы вышли на улицу богаче на один свиток с рекомендацией.

— Антон, а ты неплох, — заметила богиня, когда мы уже отошли от рыночной площади и вынырнули из окружающего гама. — Я бы не подумала взять такое письмо.

— На слово поверить человеку сложно, а это — я поднял свиток в руке, — документ! В следующий раз не придется обивать пороги неделями.

В приподнятом настроении мы вернулись к Зоре и застали там Ирвинга. Судя по зардевшемуся лицу вдовы и переминанию с ноги на ногу кузнеца, он звал ее сходить с ним на праздник.

Прикинувшись слепыми и глухими, мы проскользнули в комнату Лу, где я все же заставил ее забрать кошель с основной кассой и хранить при себе. Богиня долго отпиралась, но все же сдалась после моих слов:

— Послушай, Лу, — я опять забыл добавить «богиня», но уже как-то стерпелось-срослось, за такие проступки душили меня ошейником все реже, а в этот раз и вовсе сошло с рук, — представь, что это твой будущий храм.

Я взял Лу за руку, вложил кошель с крупными монетами и половиной мелкого серебра в тонкие пальцы богини и накрыл своей ладонью.

— Это твой будущий храм, богиня Лу. И лучше всего сможешь уберечь его именно ты, — с небольшой хрипотцой повторил я.

Лу была слишком близко, я держал ее за руки… И вдруг понял, что у меня очень много дел на улице.

На совете нашей банды — так как у нас появилось золото, то шайкой мы быть перестали, перейдя в статус банды — гуляния по случаю дня Лета было решено проигнорировать и отправиться в путь, искать новую работу.

В дорогу собрались быстро. Прикупили жрецу новую одежду, чтобы он перестал походить на нищего оборванца. Себе тоже взял обновок — белья, пару простых, но крепких домотканых рубах, приличные кожаные штаны, ремень и теплый плащ.