Месть смотрящего

«Одна компания», – определил по разговору Моня и, сдержанно поздоровавшись, расположился на нижней полке, где сразу и задремал под мерный перестук колес. Уже смежив глаза, ему подумалось о том, что за последние несколько лет он впервые так сладко отдыхал.

Проснулся он от какого-то враждебного присутствия. В купе было темно, только через открытое окно просачивался свет мерцающих звезд. Но опасность была так близко, что в затылке заломило. И в следующую секунду кто-то сильно толкнул его в бок.

Повернувшись, он увидел своего соседа по купе.

– Вставай, паскуда, разговор есть!

В купе было еще два человека – молодые парни лет двадцати пяти смотрели на него настороженно, в глазах злой блеск.

– Не рыпайся, падла, – подался вперед золотозубый, выставив руку с ножом.

У самого горла Моня почувствовал холодное прикосновение стали.

– А теперь поднимайся.

Осторожно, как если бы опасался напороться на заточенный наконечник, Гриша сел на полку.

– Не догадываешься, зачем мы здесь?

– Нет, – как можно тверже произнес Гриша.

Губы золотозубого печально скривились.

– Мы твоя совесть… Вспомни о своем недостойном поведении в доме родном.

Гриша Монин невольно сглотнул ком. Во все времена родным домом для вора была тюрьма. Сейчас в его купе были хозяева узилища, решившие устроить ему «правилку»!

Вот он, измеритель жизни. Только «правилка» способна показать сущность человека: болотину, поросшую гнилостным мохом, или кусок кремня, о который тупится самая крепкая сталь.

«Вот и дождался», – невольно подумал Моня и, собирая по крохам разбившееся мужество, отвечал:

– В родном доме я вел себя достойно.

– А вот нет, – зубы вора зло блеснули. – Вяжи его!

В руках парней оказались веревки.

– Послушай… – попытался подняться Моня.

– Не дергаться, падла! – Заточенный конец финки полоснул кожу, и проступившая кровь, щекоча нервные окончания, медленно поползла за воротник. Хмыкнув, добавил: – Знаешь, какое у меня погоняло?

Парни, уверенно перетягивающие запястье Мони, сдержанно хохотнули.

– Орнитолог. Хочешь знать почему? – Гриша упорно молчал. – Объясняю… Потому что таких, как ты, я насаживаю на кинжал, как навозных жуков. А потом оставляю сушиться. – Коротко рассмеявшись, добавил: – Получится потом из тебя гербарий! Так что в следующий раз предупреждать не стану.