Академия контролируемой магии

И что делать? Попробовать снова уснуть? Или идти в столовую, надеясь, что голодные студенты ещё не смели всё с подносов? Пара минут серьёзных раздумий закончились громогласным урчанием в животе, и с протяжным стоном я поплелась в ванную.

В столовой наблюдалась приятная тишина, и стало вдвойне приятней, когда я увидела почти целое блюдо пирожков. Свежих, не уступающих столичным, пирожков, и ноги сами направились в ту сторону, правда, затормозили за два шага до подноса — остались только сладкие. Мои любимые мясные разобрали, причём гарантированно боевики, но жалобно заурчавший живот заставил набрать полную тарелку этой гадости.

Видимо, в качестве компенсации за неудачный завтрак, получилось занять стол, стоящий вплотную к окнам. Их запредельная высота открывала невероятный вид на главную аллею академии, которую с каждой минутой всё больше укрывало снегом — большие пушистые хлопья летели седьмые сутки без перерыва. Сугробы уже побили все рекорды, но это и неплохо — Зимний бал в этот раз выйдет по-настоящему зимним.

Собственно, из-за него мне и досталась целая гора ягодных пирожков — женская половина академии дружно села на диету. Капустная, яблочная, цветочная — чем только они себя не травили последние пару недель, только чтобы лучше смотреться в сверкающем бальном наряде. Самые инициативные и вовсе сидели на одной только воде, через неделю добиваясь потрясающих результатов.

Серьёзно, взять и свалиться на простейшем заклинании проверки писем это потрясающий идиотизм.

И пусть факультет госмагии считался самым бесполезным из всех, но колдовать от этого мы не разучились, а магия требовала не только умения, но и приличной энергетической подпитки.

— Аурелия! — Обернувшись и приветливо махнув знакомым бытовикам, я запила начинку из пары ягод и полстакана сиропа крепким травяным отваром. Зубы жалобно заныли в ответ на издевательство.

— Голодаешь? — На второй стул нагло уселся боевик с последнего курса.

Хотя, как последнего… у шестикурсников-боевиков академией дело не заканчивалось.

— Кто такой редкий сдох, что главная архивная язва сидит и давится сладким?

— Не нарывайся, Рик, — огрызнулась я, тяжело проглотив первый и с усилием откусывая от второго пирожка.