Академия контролируемой магии

— Эвилонберг невиновен, — сообщил Лориан, разом отсекая всё веселье. — Его допросили, но безуспешно.

— Он врёт, Лем, и ты это знаешь, — покачал головой Ориан.

— Я допрашивал его лично, — мрачно отозвался тот.

— Ты отпустил его.

— У меня не было выбора, — бесстрастно пожал плечами император.

— Ты ведь понимаешь, что теперь он добьёт Аурелию из принципа? — глухо отозвался Ориан. — Или на это ты и рассчитывал?

— Какое мне дело до одной из сотен твоих студенток?

— На ней кольцо моей матери, Лем. — Ориан опёрся ладонями о столешницу, не скрывая прямого взгляда.

— Спятил? — Казалось, на лице императора, наконец, появились настоящие эмоции.

— ... и я не дам причинить Лее вред. Даже тебе.

Между двумя магами повисла угрожающая тишина, и сдаваться не собирался ни один из них.

— Лее, значит, — первым с усмешкой протянул Лем. — Хорошо, это твой выбор и твоя ответственность. Влюбись я в студентку и предпочёл бы «Забвение», но это теперь твои трудности. Только учти, стоит тебе жениться, и с неё я возьму ту же клятву, что и с тебя.

— Это всё, что ты хотел? — холодно отозвался Ориан.

— Эвилонберг опасен, — Лориан поднялся, — и злопамятен. Будь осторожнее.

— Я всегда осторожен.

Бросив на Ориана последний недовольный взгляд, император ушёл своим нелюбимым способом — через дверь.

***

Кольцо вызывающе сверкало на пальце даже тогда, когда на него не падал ни один луч света. Оказалось, что его не видел никто, но так даже хуже. Оно отвлекало в аудиториях, отвлекало в столовой, отвлекало даже тогда, когда я учила право.

«Поэтому мы вернёмся к этому позже, и к разговору, и к твоим страхам».

Отбросив карандаш, я со стоном схватилась за голову. Как следовать намеченному пути, если от волнения кружится голова? Тайны, заговоры, Эвилонберг и оскант. Всё катится шаргху под хвост!

С этим увлечением я собиралась бороться? Эту влюблённость перебороть и забыть? Разве что с помощью того самого «Забвения». Или лишения головы. Никакими другими способами вырвать это чувство из сердца и разума не удастся.

Резко поднявшись, я сделала нервный круг по комнате. Что думает Ориан о том, что происходило между нами? Откровенный вопрос, ответами которому служили и его подарок, и обещание поговорить. Волнующие и заставляющие сердце ускориться. Вот только между нами всё ещё стояло слишком многое.

И при мыслях об этом тревожно сжимался желудок...