Только не ты!

Роман хмыкнул: ай-яй-яй, отец! Как же так? Совсем прирос к своему генеральскому креслу и позабыл, что представителям этого вида важно чувствовать внимание? А такое вот, закрытие щитами, для них сродни оскорблению? Эх, батя-батя…

Валентина Эриховна оставила генерала в покое и уткнулась глазами с лёгкой поволокой в Романа. Тот, в отличие от родителя, прикрываться щитами не стал и даже изобразил, будто его пронял тот флёр, который источала упырица. Его было совсем мало, даже немного меньше, чем допускалось им использовать законом.

Наклонился и галантно поцеловал ей ручку, отчего та зарделась и смущённо хихикнула:

– Ой, ну что вы! Перестаньте, вы меня смущаете… Не думала, что в наше время можно ещё встретить столь хорошо воспитанного ведьмака… – и косо зыркнула в сторону папеньки, мол, его-то это как раз эти слова и не касаются.

Генерал нацепил ледяную маску, а взгляды и слова хозяйки квартиры проигнорировал. Чем ещё больше унизил её. Упырица обиженно поджала губки, всем своим наигранно-оскорблённым видом дав понять, что отныне Родионов-старший для неё пустое место и дел с ним она иметь не желает.

Роман уж думал, что ему откажут в съёме и придётся ютиться в гостинице, но Валентина Эриховна сладко облизала его глазами, чуточку усиливая флёр, как если бы обольщающе маня и при этом сожалея, что ей нужно вот-вот убыть на воды… Открыла дверь, жестом пригласив его войти и наполнив голос низкими грудными нотами, отчего взгляд сам собой стекал на её пышный бюст, как к источнику этого восхитительного звучания, повела знакомить постояльца с владениями.

Парень покорно следовал за ней, слушая вполуха и изредка потирая всё сильнее ноющее плечо: просквозило в открытое окно, что ли, пока они ехали?

У него даже проскользнула мысль, что, в принципе, он не прочь перевести разговор с этой мадам в горизонтальную плоскость, так многообещающе и аппетитно она выглядела. Конечно, это всё флёр! Но, с другой стороны, эта упырица уж всяко больше знает толк в игрищах, нежели всякие Каси Бизюлькины…

– Позвольте, я взгляну? – прощебетала женщина, заметив, что Роман в очередной раз поморщился и потёр плечо.

– Ой, да у вас тут проклятие! – безошибочно бросила взгляд в сторону холодно поджавшего губы генерала и брызнула ядом: – Родовое, да как криво наложено… Фи, какая кустарщина! – окатив Родиона-старшего волной презрения, одарила Романа сочувственной улыбкой: – Вам не видно, но оно, мальчик мой, крупный энергетический поток перекрывает.