Пушкин, кружка, два ствола

Внизу летела, разбиваясь о камни, серая злая вода, вверху распахнулось прозрачное голубое небо, а Дина повисла между, бесплотная и невесомая, как призрак.

— Твою мать! Охренеть!

— Не знал, что библиотекари знают такие слова.

— Библиотекари знают самые разные слова. В этом же, собственно, и фишка.

— Погоди. Это ты еще мост не видела.

Глава 5 Следствие ведут дилетанты

Дину всегда учили, что недиагностируемость укуса кровопийцы — это плюс. После смерти жертвы проколы от клыков затягиваются, шрамов не остается, и обыватели видят совершенно рядовой труп.

С некоторыми особенностями, конечно, но особенностями явно не криминальными. А вот для эксперта пара строк в заключении патанатома скажет многое — и нужные люди сделают нужные выводы.

Никакой паники, никакого ажиотажа. Чистая, скрытная, аккуратная работа.

Народу не нужны нездоровые сенсации.

Теперь оказалось, что очевидное преимущество таило в себе неожиданные, но существенные изъяны. Про убийства люди болтали охотно, а любопытство спрашивающего легко объясняли ошеломляющей исключительностью обстоятельств.

Это же убийство, мать твою! Убийства всем интересны!

Но как подступиться к расспросам о совершенно обычных смертях? Ну, умер мужик от сердечного приступа. Да, молодой, да, раньше не жаловался. Но всякое ведь случается — и сердечная недостаточность в сорокет не такая уж редкость.

Даже толковый и наблюдательный Сумароков не увязал шесть внезапных смертей в серию. Всего неделю назад это Дину порадовало бы.

Теперь не радовало.

Выяснив, что сестра Михаила Подгорного — тридцать семь лет, разведен, таксист — работает уборщицей в администрации, Дина вызвалась отнести отчеты. Других добровольцев не нашлось, поэтому Ираида Ивановна торжественно вручила Дине тонкую пластиковую папку, а в качестве поощрения за усердие разрешила не возвращаться в школу. Все равно в библиотеку никто добровольно не ходит.

Выловить в коридорах администрации Анну Подгорную было нетрудно. Уборщиц там было всего две, но с траурной повязкой в волосах — только одна.

Примерившись, Дина налетела на ведро ровно с таким усилием, чтобы разбрызгать воду себе на ноги — но не разлить ее по полу.

— Ой, извините, — затараторила она, стряхивая капли с ботинок. — Простите. Добавила я вам работы.

— Да ничего страшного, — Анна махнула тряпкой, небрежным движением подтирая следы катастрофы. — Ноги хотя бы не промочили?

— Нет, все нормально. Внутрь не попало.