Уж замуж невтерпеж

– И можно ещё вот тех огурчиков, пожалуйста?

Огурчики были крепкие, хрусткие, а хлебом я сначала вволю надышалась, прежде чем отправить нежнейшую тающую выпечку в рот. Никогда ничего вкуснее не ела! Вот что значит натуральные продукты. Да за такой праздник живота никаких утраченных технологий не жалко!

Главную стряпуху я сразу покорила аппетитом, а уж после того, как мы с Марисой после громких протестов очистили жареный фундук от шелухи, измельчили его в гигантской ступке, перемешали с сахаром и корицей, и начинили орехами половинки печёных карамельных яблок, Фаяра совсем растрогалась.

– Леди Карина-то девочкой тоже всё у меня на кухне крутилась: то ягод принесёт, то хлеба для лошадей утащит. Вот ведь настоящая родная кровь, – смахнула она слезинку. – Не то что…

Дора и Нара, две девчушки-помощницы, поначалу робели, но потихоньку оттаяли. Совсем ещё молоденькие, лет по четырнадцать по земным меркам, а проворные и вполне себе рукастые, зря их Фаяра балбесками величала.

Ну что ж, полдела сделано – в куске хлеба мне теперь точно не откажут.

Планов была громада – и остальной замок осмотреть, и окрестности, и в библиотеку заглянуть, и наконец с гостеприимными хозяевами поближе познакомиться. Родителями их язык не поворачивался назвать. И непременно бы всему этому случиться, если бы залежавшаяся на тридцать три года тушка вдруг не потребовала немедленного отдыха и сна. Пусть зелья взбодрили, как смогли, но последний час я держалась исключительно на собственной силе воли. А уж после сытного обеда веки сами налились свинцом.

Благо внимательная Мариса сама всё поняла и через несколько минут уже укрывала одеялом, ловко сняв с меня платье. Мне аж обидно стало – Фаяра так суетилась, готовя торжественный ужин.

– Мариса, ты только вечером меня обязательно разбуди, – прозевала я с закрытыми глазами. – А то некрасиво получается: леди Карина ради меня расстаралась, а я тут шастаю с утра, а к ней так и не зашла…

Ответ я уже не услышала, так как провалилась в самый сладкий и глубокий усталый сон.

Глава 3. Мансы

Разбудили меня на этот раз не кошки и не Мариса, а первые розовые лучи солнца. Вихрем пронеслись в голове вчерашние события. Вот правильно говорят – любую информацию надо «переспать». Сейчас всё улеглось на свои места в голове: и новый мир, и новые знакомства.

В большой спальне обнаружилась ещё одна дверца, прежде неприметная. Сейчас она была открыта, а за ней виднелась небольшая комнатка с кроватью, там-то и расположилась Мариса.