Не бери у вора денег

Правда, никогда не отдавал полностью оговоренную сумму, всегда ссылаясь на какие-то неотложные траты. В этот раз Алексей решил проявить твердость и, не поддаваясь на его уговоры, не передавать рукопись до тех пор, пока не получит обещанных денег.

Алексей даже продумал манеру своего поведения. С Метелкиным следует держаться посолиднее, капризно надув губы, выразить неудовольствие по поводу его пятиминутного опоздания, и уже тем более не вскакивать со стула, когда уважаемый мэтр протянет для приветствия руку, а этак небрежно, через стол, протянуть ему сомкнутые пальцы.

Но едва Валерий Петрович приблизился, как получилось все в точности до наоборот.

Как ни печально было это осознавать, но его, Алексея, личное благополучие зависело от этого нескладного тучного человека, который не просто шел, а перекатывался по тротуару, создавая неудобство окружающим. Остановившись у стола, Валерий Петрович как будто бы просто сел на мель, стол от соприкосновения с крупным и тяжелым телом тряхнуло так, будто он угодил в десятибалльную качку, и не прояви Алексей расторопности, ухватив одной рукой бутылку, а другой придержав пепельницу, так они дзинькнули бы о серую брусчатку.

– Здравствуйте, молодой человек, – протянул сценарист руку.

Еще одна деталь, которая невероятно раздражала Алексея в живом классике. Он прекрасно знал, как зовут его собеседника, но тем не менее продолжал обращаться к нему безлико, как к человеку из толпы.

Словно воспринимал его всего-то как крохотную частицу, снующую в броуновском движении и лишенную каких бы то ни было индивидуальных черт: без запоминающегося лица, имени и примет. То есть по-другому – статисту.

Алексею следовало бы помедлить с рукопожатием, но какая-то темная сила заставила его подняться с места и, едва не опрокидывая посуду, стоящую на столе, протянуть с почтением растопыренную ладонь. Пожатие у Валерия Петровича было мягким, будто бы тоже какая-то милость.

Сценарист охотно плюхнулся на стул, и небольшой летний выносной столик угодил в очередную качку. Бутылка с початым пивом, едва задев тарелку с воблой, протестующе звякнула.

– Как дорога? – предупредительно поинтересовался Алексей, глянув на толстый кожаный портфель, который Метелкин держал в руках.

– Уф, едва добрался. Если бы не нужда, молодой человек, так и сидел бы за столом и никуда бы не пошел.