Проклятие на удачу

Испуганно охнув, бросила в чудо-юдо то, что попалось под руку. А попался связанный из деревяшек пустой горшок. Котообезьян ловко увернулся, чудом не уронив самодельный поднос из тонкого обломка кола, и сердито пробурчал:

— Какие нынче леди чувствительные! Напомни тебе валерьянки нарвать или корней пустырника накопать, нервная ты какая-то.

Я с сомнением оглядела проклятие. Жуть, если честно. Тут бы не только нервную леди проняло.

— Завтрак в постель подан! То есть в одеяло… в яму… Не важно. Завтрак! — Меняя кошачью голову на обезьянью, Эмрис протянул мне поднос: — Жуй — и полезли.

Перекусив бутербродом, я отказалась от воды, организм требовал кустиков, а они — наверху.

Выползали из ямы в несколько этапов. Первым выскочил Эмрис-обезьян. Затем я побросала ему баулы и под насмешливое обещание оставить меня в яме вместе с плетельницей спровадила трофейное растение, используя обрывок шнура, продетого в ушки горшка.

Последней была я. Занятно, но стоило ухватиться за шнур, спущенный в яму Эмрисом, как тот выскользнул из рук, будто маслом намазанный.

Я с размаху села на земляной пол. Вторая попытка удалась, я почти забралась на край ямы… как вдруг он решил обвалиться. Чудом уцепившись за шею проклятия, от неожиданности ставшего котом, я повисла над ямой.

— Кому ж там опять везет? — пятясь, ворчливо профыркал Эмрис.

Опять он о своей теории моего невезения! Оказавшись на твердой земле, я быстро огляделась и, выбрав густые кусты, отправилась по нестерпимой надобности.

— Думаешь, сюда еще кто-то сунулся? — крикнула я оттуда.

— Как минимум один точно сунулся! — донеслось из-за веток.

Ах да, охотник. Лучше бы не напоминал, я еще не привыкла к статусу преступницы.

Выбравшись из кустов, Эмриса я не обнаружила. Баулы и горшок были, а проклятия не наблюдалось. Прислушавшись, уловила знакомое ворчание. Нацепив «рюкзак» на спину, я подхватила плетельницу и пошла на шум.

На небольшой полянке в нескольких шагах от ямы, где мы ночевали, Эмрис, припадая на четыре лапы, пытался сбросить магические путы, накинутые охотником.

Тем самым фейри, которого я одарила везением. Ленты магии, на которых вспыхивали бело-зеленые руны, сжимались, по шерсти проклятия струилась тьма. Еще немного — и у меня не будет проклятия! Я должна радоваться? Не выходит. Эмрис не виноват, что он такой.

— Не трогай его! — Я запустила в фейри самым дорогим — горшком с плетельницей.

Растение, конечно, жалко, но кота жальче.