Переполох меж Граней. Турнир четырёх Академий

Она склоняет голову, приглашая пройти в широкий рукотворный тоннель, конец которого теряется в неровном сиянии магических огней.

— Но нам некуда идти, — возражает Лилу. — Неужели вы оставите без крова ту, что носит в себе искру Гитрис?

Марика, не дождавшись наших действий, первой проходит внутрь, и нам не остаётся ничего другого, как следовать за ней. Да и конвой из двух сестёр порядка не предполагает выбора.

Пройдя совсем немного вглубь скалы и миновав несколько ответвлений, Верховная останавливается и оборачивается.

За время, что она провела с нами, я ни разу не видела какого-то недовольства на её лице. Марика кажется сосредоточением добродетели и нежности.

— Ваши друзья уже на подходе, — отвечает она. — Сюда же вас привела Милость. И только с одной целью.

— С какой? — тут же реагирую я на второе за ночь упоминание этого странного имени.

Надоело, что все вокруг говорят загадками и недомолвками. Чувствую себя идиоткой среди тех, кто всё знает. А меня, как всегда, просветить забыли.

— Это мы должны узнать в церемониальном зале. — Марика широким взмахом руки предлагает идти дальше. — Милость явилась мне во сне и попросила показать путь её детям. Я ждала вас почти два месяца.

«Почти столько же, сколько я нахожусь в этом мире!» — проносится в голове.

Значит ли это, что неизвестная Милость говорила именно обо мне? Но о каких детях она говорила?

Мы переглядываемся с Риком, и я вижу тревогу в его глазах. Чем дальше мы уходим в тоннели, тем более тревожно мне становится.

А не рано ли мы доверились этим служительницам? Рик, судя по его настороженному виду, мало что знает об особенностях их культа. Я — тем более. Единственным гарантом спокойствия выступает Лилу, которая воспринимает сестёр довольно дружелюбно.

— Простите, Верховная, не могли бы вы рассказать о Милости подробнее? — осторожно прошу я и замечаю, как закатывает глаза Аллилуйя.

— Конечно, — великодушно кивает Марика. — Я частенько забываю, что народ Нофирема не признаёт Милость и поклоняется лишь Всевидящему.

Но наша религия не велит осуждать слепцов.

Она движется дальше, а мне достаются фырканья и недовольные гримасы со стороны Лилу.

— Могла бы и у меня потом расспросить, — доносится до меня шёпот, когда я прохожу мимо неё.

И в этот раз я не выдерживаю и показываю ей язык. Язвительностью сестра Рика может сравниться, а то и превзойти мою Фло. А я даже со своим пиримом-то еле себя в руках держала.

— Всё потом. — Рик подталкивает нас.