Переполох меж Граней. Турнир четырёх Академий

Словно боится, что прояви он чуть больше напора — и я оттолкну его.

— Знаю, это просто невозможно. То, что я сделал… будь я на твоём месте, не простил бы. Но я прошу у тебя время доказать, что я действительно хотел как лучше. Что в мыслях не было предавать тебя. И что люблю я лишь тебя, Эля.

Он ждёт моего ответа, но я лишь молча машу головой. Потому что не хочу и не могу принимать сейчас никаких решений. И что единственный мой ответ сейчас — нет.

— Я боюсь, что ты не до конца понимаешь, что такое любовь.

Наши с ним взгляды скрещиваются. В его — столько боли и разочарования, что любая бы на моём месте дрогнула. Но у меня внутри ничего не отзывается. Я действительно выгорела.

У этих двоих — Дэль и Рика — поганое прошлое, одно на двоих, и я не готова расчищать эти конюшни.

— Хорошо, — спустя молчаливую минуту проговаривает Рик. — Если это сделает тебя счастливой, я помогу тебе вернуться в твой мир.

Киваю и первой иду к лагерю. Я сделала правильный выбор, я это знаю. Но отчего тогда внутри нет чувства облегчения? Почему там всё так же отморожено и одиноко?

Позади тяжело ступает Рик, а я, чувствуя, что к глазам подступают непрошенные слёзы, вскидываю голову к небу.

«Где же ты, Фло? Ты мне так сейчас нужна!» — мысленно обращаюсь я к чужим для меня звёздам.

Глава 3. Благословение Сестёр

Пламя от фрактатного генератора распространяет тепло по округлой полянке, где Лилу и Шрук разбили небольшой лагерь. Скорее, даже привал, чем полноценное укрытие. Судя по количеству вещей и двум спальникам, Лилу не рассчитывала на большую компанию.

Я наблюдаю за братом и сестрой, которые суетятся у импровизированного столика. Отблески пламени искажают их фигуры, и они оба кажутся какими-то резными, состоящими из огня и тьмы.

Я встряхиваюсь, прогоняя это инфернальное сравнение из головы. Хотя лучше такой бред, чем пытаться уложить в голове всё то, что сегодня на меня вылили.

Я честно пытаюсь понять Рика, понять его мотивы. И это успешно получается ровно до того момента, как в истории появляюсь я. Дальше логика теряется, и в голове проносится фраза моего любимого преподавателя по высшей математике: «Пылаева, у вас напрочь отсутствует понятие логики.