Очарованный, околдованный, или Темная фея для дракона

‒ Думаю, что пробежимся с Таей по лавкам, нужно прикупить всего по мелочам, ‒ потом вспомнила, что Валентайн обещал мне езду на лошади, и тут же упомянула об этом, ‒ кстати я хотела бы купить лошадь, ты обещал, что мне можно будет иногда ехать на ней. Сидеть днями в душной карете, ‒ я посмотрела на Сакару и скривилась, ‒ будет невыносимо.

‒ Я могу помочь с выбором лошадей, ‒ тут же вызвался Наулий, потом увидел взбешённый взгляд брата, ‒ если, конечно, Валентайн мне позволит сопровождать вас.

‒ Я, пожалуй, тоже вам помогу, ‒ довольно топорно вклинился Тассий.

Лицо Сакары нужно было видеть, она раздувала ноздри как взявшая след гончая и смотрела на братьев как на предателей.

‒ Лошадь своей жене куплю сам, ‒ Валентайн аккуратно положил на стол ложку и это, наоборот, показывало всю степень его злости, ‒ и по лавкам ты пойдёшь в моем сопровождении.

‒ Да, ‒ удивлённо посмотрела на него, ‒ а я думала, что у тебя много дел, и тебе будет некогда нас сопровождать.

‒ Валентайн ты обещал мне помочь с… ‒ Сакара запнулась и посмотрела на Нардейла с мольбой, ‒ ты знаешь здешнего зельевара, а мне нужны лекарства для мамы, ‒ ударила она по больному.

Дракон скрежетнул зубами, а я чуть не рассмеялась. Вовремя принесли еду, и я заняла руки и рот полезным, стараясь не влезать в разговоры Нардейлов.

А послушать было о чём. После нашей свадьбы все разбежались по своим поместьям, и всем старик, так звали про себя все потомки Файросата, давал наставления.

‒ Что он сказал вам? ‒ спросил Наулий.

‒ Ехать в поместье и ждать его вызова, ‒ нахмурился Валентайн не говоря о бумагах, которые передал нам старейший.

‒ Нам он сказал почти то же самое: сидеть в поместье и увеличивать защиту, ‒ сказал Наулий. ‒ Это странно.

‒ Ничего странного, ‒ тут же высказался Тассий, ‒ участились прорывы бездны.

‒ Фронтир далеко, ‒ нахмурился Валентайн, ‒ тем более от вас. Нам же он подарил бывшее поместье Медиан и сказал ехать туда.

‒ Это же совсем близко от фронтира! Что-то назревает, ‒ качнул головой Наулий. ‒ Меня раздражают наши старики, почему не сказать нам всё открыто?

‒ Скорей всего, боятся паники, ‒ сказал Валентайн и залпом допил взвар.

Потом посмотрел на нас с Таей.

Я сидела, как мышка, слушала разговоры, и они мне не нравились. Одно дело бежать от мужа в мирное время и совсем другое, когда намечается какая-то неприятная заварушка. Нужно хорошенько всё обдумать, прежде чем совершать какие-то изменения в жизни. Пока кроме прилепившейся Сакары меня всё устраивает.