Очарованный, околдованный, или Темная фея для дракона

Вот же похотливая сущность! ‒ Я чувствую твой запах, Ассамар! Ты хочешь меня, —прошептал он мне в ухо, его язык прошёлся по шее, а его руки заскользили по моему телу, играя на нём как на музыкальном инструменте.

Я застонала от наслаждения, когда он усадил меня на себя, и прикрыла глаза, чтобы не видеть в его глазах торжество. Бороться с ним и с феей не было сил, поэтому я просто отдалась течению, страсть она ведь проходит со временем, и у меня пройдёт…

Домывались мы в уже прохладной воде. Я могла бы её согреть, слова-закрепы всплывали в голове, но побоялась экспериментировать в помещении.

Валентайн заботливо укутал меня в простыни и прижался ко мне, беря меня словно в кокон своим телом. Было уютно. Не хотелось думать о завтрашнем дне, удовлетворённое тело размякло от тепла, и я быстро заснула, чувствуя спиной биение сердца дракона.

Утро встретило меня стуком в дверь. А потом голос Таи произнёс:

‒ Госпожа, я пришла помочь вам одеться.

‒ Заходи, ‒ буркнула от сна, и чуть приподнялась на локте, чтобы обозреть комнату.

Бочка каким-то чудом уже исчезла, испарился также и дракон.

‒ Сколько сейчас времени? ‒ здесь была похожая система исчисления, с той лишь разницей, что в сутки не двадцать четыре часа, а двадцать пять.

Несущественная разница с Землей. Склянки у них – часы, так как раньше время отчитывали биением в гонг и стуком в склянки. И, если верить памяти Ассамар, всё остальное тоже вполне похоже на наши года и месяцы.

‒ Уже семь склянок, госпожа, ‒ сказала Тая, и стала доставать из сумки платья и другие вещи, ‒ господин Нардейл просил вас спускаться на завтрак.

Я зевнула и потянулась всем телом. Хорошо выспалась, на улице прекрасная погода, и на душе спокойствие.

Тая выгладила платье бытовым заклинанием, повернулась ко мне.

‒ Мне кажется, ты хочешь что-то мне сказать, ‒ я встала с кровати, девушка опустила взгляд.

Совсем забыла, что заснула голышом, прикрылась простыней.

‒ Утром госпожа Сакара кричала и ругалась с господином Нардейлом удивительно, что вы не услышали.

Девушка споро стала натягивать на меня вещи. Ассамар привыкла к тому, что её одевали служанки и поэтому я просто отдалась памяти девушки. Хотя самой было неловко, что меня, здоровую деваху, наряжают как ребёнка.