Очарованный, околдованный, или Темная фея для дракона

Я отвлеклась от мыслей и посмотрела на муженька, который не сводил с меня пристального взгляда.

‒ Что? Я что-то пропустила?

Сакара закатила глаза к небу и фыркнула.

‒ Она умственно отсталая вдобавок, ‒ нравилось ей меня очернять перед драконом.

Я не обращала на неё внимания, за всю дорогу, что мы ехали, она не раз пыталась сделать так, чтобы я вспылила и наговорила гадостей. Я держалась и держала в узде бушевавшую фею, не время, хотя понос на неё наслать мне очень хотелось. Останавливало, что сама пострадаю, время на ожидания ещё тратить.

‒ Я сказал: если ты устала, то поужинаем в комнате и пойдём спать, или останемся в таверне и поужинаем здесь.

‒ Уважаемый? ‒ я обратилась к хозяину, тот покраснел, потом неуклюже кивнул.

‒ Слушаю госпожа.

‒ У вас есть, где помыться с дороги?

‒ Так это, бочку могу предложить, она хорошая, воду слуги натаскают

‒ Долго готовить?

‒ Не более часа, госпожа.

‒ Вот и ответ, ‒ посмотрела на дракона, ‒ пусть нам воду готовят с дороги омыться, а мы пока поужинаем в таверне.

Дракон приподнял одну бровь, в его глазах впервые блеснуло любопытно, странно, словно я какой-то подвиг совершила, а не удовлетворила своё простое желание помыться с дороги.

‒ Хорошо, ‒ обратился он к мужчине, который был ни жив не мёртв от такого внимания к своей особе, ‒ приготовьте нам бочку в комнату, а мы этот час будем ужинать. Заказ уже внутри сделаем.

‒ Дорогой, ‒ Сакара без зазрения совести висела на руке Валентайна. ‒ А как же я?

‒ Сакара, ты можешь тоже заказать себе в комнату воду и умыться, если желаешь.

‒ Себе… ‒ глаза девушки тут же налились слезами, и она посмотрела на дракона жалобным взглядом. ‒ Я думала…

Я выдохнула. Не собираюсь дослушивать, что эта курица там думала. Бегать, рвать волосы на голове и кричать, что мой муж, обещал мне не изменять, не собираюсь тоже, противно просто.

‒ Пойдём внутрь, уже прохладно, замёрзнем, ‒ и, не обращая внимания на застывших драконов, мы пошли в сторону таверны.

Я хотела помочь Тае нести сумки, но она так на меня посмотрела, что я тут же убрала руку. Всё время забываю, что я госпожа, а им не позволено таскать тяжести и вообще как-то себя утруждать.

Внутри таверна имела форму прямоугольника.