Хозяйка покинутой усадьбы

Последние наставления, стоило быть внимательной.

За день до соседских посиделок, как про себя я назвала предстоящее событие, Барон Олди, мой муж, искренне похвалил моё рукоделие, увидев на мне платье для выхода:

— Да, ручки у вас, Алисия, и правда золотые. Хм, насыщенность цвета не совсем такая, как даёт золотое шитьё. Вы разрешите, я посмотрю поближе?

Дело происходило в гостиной, куда я пришла заранее, по требованию мужа показать то самое платье, которое прежде одобрил мастер Нолеби. Он передал всё мужу, но барон желал лично удостовериться.

Поэтому я сделала робкий шаг к мужу, затем ещё один и замерла, пока муж аккуратно пощупал вышивку на рукаве платья.

Он прищурил глаза, с усмешкой пробормотав:

— Неужели и здесь графиня сэкономила?

Я распахнула глаза, догадываясь, о чём говорит муж. Я же сама вышивала из двух нитей, золотой и обычной шёлковой. Мой взгляд он понял по-другому, продолжив:

— В нашем графстве золотое шитьё, да и само производство золотой нити и ткани, достаточно развито, сказывается особый,более мягкий климат.

Поэтому для жителей графства и цена не так велика, как при вывозе, милая Алисия. И не смотрите так удивлённо. Вы должны были знать, ведь со слов графини, да и ваших, вы сами вышивали узор на платье, или нет?

Я стояла, замерев, понимая, сколько силы в этом пожилом теле. Сила духа, опыт, привычка повелевать. Внутренне муж был намного сильнее графа Пейтон, это точно. И я ответила, сказав чистую правду:

— Графиня не в курсе, барон. Мне понравился более сдержанный цвет, когда смешиваешь нити.

Изменения особо не видны, особенно на светлых оттенках, а мне идут именно они. Так что я сэкономила.

Удивительно, как изменился барон, искренне рассмеявшись. Я даже вздрогнула, когда услышала этот, я бы сказала, довольный смех. Быстро успокоившись, муж поправил меня:

— Привыкайте называть меня Олди, я ведь называю вас Алисия.

Я кивнула и поправилась, назвав барона по имени.

Муж не отходил от меня, как и обещал, я держала его под руку, как он и посоветовал, играя юную и немного скромную жену.

Лучше уж прослыть скромницей и молчуньей, чем сделать ошибку.

Периодически муж тихо говорил слова одобрения, когда проходил один из важных моментов, или поправлял меня, помечая сделанные помарки. Вечер был в честь помолвки младшей дочери рода Растов, поэтому на нас особо внимания не обращали. Я видела осторожные взгляды, бросаемые на меня, но это было вполне нормально для нового лица.

А вот к встрече с дедом я была не готова.