Ключ ко всему

Я не могу позволить, чтобы дети моей семьи росли сиротами. Вы получите блестящее образование, ни в чем не будете нуждаться.

Его голос звучал требовательно и уверенно. Ида чувствовала, что этот человек не привык слышать возражений.

С гор подул холодный ветер. Девушка, не зная чем заполнить возникшую в разговоре неловкую тишину, упрямо уставилась на серое надгробие матери. Она изучила каждую щербинку и каждый скол на камне. Со временем скорбь утраты поднималась в душе все реже. О матери осталось несколько четких воспоминаний.

Её последние дни, когда она уже не приходила в себя. Бледное худое лицо, отрешенно расправившееся перед кончиной. Влажные волосы, прилипшие к подушке. Запах ладана, мирры и уставшего бороться со смертью тела. А еще воспоминания, в которых мать играет на арфе, счастливая и влюбленная в отца.

Надгробие из самых дешевых, заказанное на средства прихода. Гравировка имени почти стерлась. Иду вдруг пронзила мысль: кто принесёт сюда цветы следующей весной, когда Иды здесь уже здесь не будет?

– Извините лэрт Блэкстоун, мне пора на службу.

Отец Мартинус весьма огорчится, если я не приду.

Лэрт неохотно кивнул и раскурил подожженную трубку. Ида поспешила присесть в книксене и быстрым шагом направилась к церкви.

Служба шла уже давно. Когда дверь тихонько скрипнула, люди начали неодобрительно оглядываться. Ида мышкой проскользнула к заднему ряду, не решаясь идти к Свену и другим детям прихода. В отличие от неё, брат никогда не опаздывал, кроме сегодняшнего дня.

«Как он успел прийти быстрее меня? Видимо прошёл по дороге, пока я была на кладбище».

Девушка тщетно пыталась сосредоточиться на молитве, но мысли постоянно ускользали, блуждая по далям никак не связанным с Белым Богом.

***

Долго собирать вещи не пришлось. Лэрт Блэкстоун пожелал, чтобы дети ехали налегке, взяв с собой лишь вещи которые пригодятся в дороге. Ида положила к своим вещам пару платьев оставшихся от матери. Вышивка была совсем не похожа на те, что создавали деревенские мастерицы.

Маленькую изящную шкатулку из дерева подаренную отцом, спрятала в глубине своих небогатых вещей.

Свен порывался взять все свои мальчишечьи сокровища, но был безжалостно остановлен мамой Гретой. Набор непонятных жуков, бутылочное стекло, перья голубей и рогатка с великим сожалением и пиететом были вручены Свеном в знак вечной дружбы младшему брату Марку.

На следующий день, с рассветом, экипаж тронулся со двора. Ида и Свен попрощались со своей приемной семьей.