Плохая учительница, хороший снайпер

Кингдон-Куч медленно повернула голову. Хизер улыбнулась еще шире и дружелюбно кивнула.

— Приятного аппетита!

— И вам, — голосом Кингдон-Куч можно было превратить Майорку в ледяную пустыню.

Осторожно зачерпнув ложкой, Хизер пригубила бульон. Ну надо же! Действительно съедобно. Не буррида де райя, конечно, но коньяк можно и потом добавить. Непосредственно в желудок. Кто сказал, что алкоголь должен быть именно в бульоне?

Поймав на себе удивленный взгляд Прюитта, Хизер подмигнула ему и потянулась за сэндвичем.

Глава 4. Проблемы ошибочной классификации

Алекс презрительно ковырнул ложкой камбалу и поморщился. Чертова Молли умела готовить всего три супа и повторяла их по кругу: рыбный, куриный и овощной. Одинаково водянистые, одинаково переваренные и одинаково бесцветные. С другой стороны… В рыбном хотя бы гребаная брокколи не плавает, уже хорошо.

— Эй, а ты что, правда к учительнице подкатывать начал? — не выдержал наконец Падди. В ярко-голубых, как небо Улада, глазах пылал священный огонь любопытства.

— А почему нет? — с тщательно отмеренной дозой равнодушия пожал плечами Алекс. — Когда я вижу привлекательную женщину, то меньше всего думаю о ее профессиональных умениях. Ну, кроме определенных, — выразительно поиграл бровями он.

— Да ладно! Не думает он. Может, эта учительница очередная протеже ректора?

— И что? — теперь к равнодушию Алекс добавил толику снисходительности.

— Вильсон тебя с дерьмом сожрет. Без соли и уксуса.

— Если он действительно попытается — думаю, начинать придется с генерал-майора Каррингтона.

— Значит, ты планируешь спрятаться за папочкину спину? — предсказуемо встрял Рамджи Гулабрай. Смуглое сухое лицо осветилось мгновенным торжеством — Гулабрай был уверен, что поймал давнего соперника на досадно обнаруженной слабости. Алекс, в свою очередь, был уверен, что Гулабрай может идти нахрен вместе со своими амбициями.

— Я планирую использовать любые стратегические преимущества, которые обнаружу.

Гуларабай вспыхнул, отчего на бронзовых щеках расцвели неровные бурые пятна. Удовлетворенно хмыкнув, Алекс поддел ложкой еще один кусочек камбалы. Если приправить эту дрянь победой в споре… Получается весьма недурно.

Такое блюдо Алекс согласен был есть хоть каждый день.

— Я совершенно не понимаю, из-за чего вы все так разволновались.