Совенок. Вода и пламя. Шестая часть

А так… Надо отходить, - подумал Хармир, готовясь командовать отступление. Горожане… тех, кого удастся, они попробуют вывести, но отступать придется по-плохому – на окраине тоже шел бой и непонятно, кто там их встретит.

И тут лежавший мертвым товарищ шевельнулся, сел, тряхнул головой, словно просыпаясь и поднял на Хармира полный ненависти черный взгляд, а потом в грудь полковнику Логру полетело заклинание.

Щит устоял, и тогда солдат, зарычав, кинулся на командира с мечом.

- Хотите сказать, мы потерпели поражение? – император раздраженным жестом прервал доклад начальника штаба.

– Помнится, вы утверждали, что нам противостоят обнаглевшие пираты, так что пять-шесть рот легко размажут их по побережью, а сбежавших добьет восточная эскадра. Скольких мы в итоге отправили на оборону как его? Арвия?

- Двести человек, ваше величество, - ответил генерал и опустил голову.

- И сколько вернулось?

- Восемь, - едва слышно проговорил мужчина.

Император не выдержал, встал, зашагал по кабинету.

- Почему в вашем докладе не было ничего об исчезнувших деревнях? Не просто опустевших, а превратившихся в тлен? О неизвестном заклинании, которое убивает жителей? Как мы сейчас понимаем, превращая их в живых мертвецов. Месяц! Целый месяц они собирали армию из наших же подданных, а мы ничего не предприняли в ответ.

- Мы посчитали, что полковник Логр излишне драматизирует ситуацию. Он всегда был склонен к преувеличению, - попытался оправдаться генерал.

- Был! – многозначительно бросил в ответ император.

– А теперь неизвестно где. И мне кажется, он единственный, кто на самом деле понимал ситуацию.

- Из города, к сожалению, кроме восьми не выбрался никто, - скорбно подтвердил начальник штаба. – Выжившим судьба товарищей неизвестна, но… - и он выразительно замолчал.

Молчал и император, думая о том, что армия без войны превращается в жыргхву знает что. И вместо того, чтобы драться с врагом, солдаты начинают драться с друг другом: за места, должности, за повышение и награды.

Еще и воровство… Нет, не наглели, но с каждым мирным годом все больше забывали, что такое воевать по-настоящему, а не на учениях.

Понятно, что потеря города – не просто щелчок по носу, а самая настоящая пощечина – заставит всех встряхнуться. Но армия мирного времени – это жирный и неповоротливый лентяй. Пока раскачаются…

Ничего, - с ожесточением подумал император, - сейчас чужаки быстро стряхнут жир с боков.