НЯНЯ для императора

Чаще всего вместе с Альвиссом, к которому я как-то совсем уже даже привыкла. И к его взглядам на меня, и к случайным (или не очень) касаниям. Это не доставляло мне дискомфорта и не было неприятно. Не скажу, что ждала этого внимания от него. Но чего уж… Конечно, мне льстило.

Вокруг столько дочерей советников императора, придворных дам, которые чувствуют себя уверенно и умеют показать с выгодной стороны. А он смотрит на меня и улыбается. Ну и я улыбалась в ответ. Ведь нет в этом ничего плохого же?

А тем временем повар трясущимися руками судорожно пытался повторить мои рецепты, которых и не было по сути.

Каждый раз я добавляла что-то новое в блюдо, не запоминая особо пропорции. А он седел от каждого моего эксперимента и записывал в тетрадку каждое движение, что помогало мало.

По правде говоря, готовил главный повар тоже очень вкусно. Я просто не понимала, что именно может не нравиться императору. Тем более, что повар работает во дворце уже без малого тридцать лет. Меня ещё и в помине не было, а он уже умел готовить.

Но император всё ещё был недоволен.

Служанки говорили, что пробуя очередное блюдо, он морщился, будто ему навоза из той самой конюшни принесли, и отставлял тарелку. Пока никого не разжаловал, конечно. Да и не ругался он особо. Но слуги всё равно боялись.

В профилактических целях.

Повар седел. Служанки пили успокоительное, собираясь принести ему очередное яство. А я… Я решилась на хитрость.

Отвлекала повара чем-то (иногда в этом мне помогал Тьен), просила принести приправу из чулана, выбрав лично, или молоко из погреба, а сама добавляла, перемешивала, переворачивала, в общем – делала то, что и обычно сама. И о чудо – император добрел, возвращая пустые тарелки, а у повара переставали трястись руки.

Правда, еда Тьена не перестала пропадать даже тогда, когда после моей жалобы всех слуг строго опросили и запугали ещё больше. Лично главный повар и запугивал.

Хотя вообще-то мне было не жалко. Ну если уж кому-то ещё тут так нравится моя еда – то что же. Пусть кушают на здоровье. Только можно же было и прямо попросить, я бы не отказала. А то некрасиво как-то…

И всё равно стала специально оставлять на тарелочке отдельную порцию, которая неизменно пропадала к моему приходу. Представляя себе, что это какой-то добрый домовой любит полакомиться, только удивлялась его аппетиту.