Я не была твоим врагом

— Конечно, господин, я не посмею сказать иного, — тут же заверил незнакомый голос, у моей головы что-то зашуршало, а через секунду в нос ударил отвратительный запах.

— Унм… — промычала, отворачиваясь от невыносимого смрада, но едкий дух тухлятины, казалось, проник даже в мой мозг, сейчас же вызвав рвоту.

— Очнулась, милорд, — радостно воскликнул садист, заботливо поддерживая мою голову над горшком. Одно утешало – унижение длилось недолго, и, вытерев тыльной стороной ладони рот, я обессиленно рухнула на подушку.

— Вижу, — буркнул Алан, матрас чуть просел, и к моему лицу поднесли чашку, — выпей, станет легче.

— Думаешь? — насмешливо бросила, неожиданно удивившись своему абсолютному безразличию к происходящему.

— Знаю, — хмыкнул муж, приблизив чашку к моему рту. Подозрительно принюхавшись, я, не уловив противных миазмов, сделала маленький глоток приятного, с кислинкой напитка, но мужчина, не убирая чашки, приказал, — до дна.

— Милорд, завтра и ещё день пусть пьёт настойку. После я принесу отвар дерласа, он восстановит силы её светлости.

— Иди, Нерсан, и не забудь мои слова.

— Да, господин, — низко поклонился маленький старичок, забирая с собой котомку, и вскоре покинул комнату, оставляя нас наедине.

— Почему ты не сказала, что ранена? — тотчас произнёс муж, рывком поднимаясь с кровати.

— Я говорила, что мне нужен отдых, — напомнила мужчине, мысленно отмахнувшись от очередной вспышки воспоминаний, снова непонятно кому принадлежавших. Сейчас, находясь в опасной близости к Алану Гэйру, от имени которого меня стало вдруг пробирать дрожь, копаться в памяти было неразумно.

— Да, говорила, — повторил Алан, неспешно пройдя к камину, а я только сейчас заметила, что мужчина почти обнажён: узкое полотенце, намотанное на талии, не скрывало красивое, натренированное тело…

Я медленно опустила голову, боясь увидеть подтверждение проскользнувшей в моём воспалённом мозгу мысли, и мой рассеянный взгляд замер на обнажённой груди. Одеяло сползло, и моё голое выше пояса тело ничего не прикрывало.

— Ты… между нами что-то было?

— Я не насилую женщин, — насмешливо бросил Алан, зло добавив, — в отличие от твоего отца и братьев.

— Что?! — разгневано воскликнула, но услужливая память тут же подкинула ужасную картину: выходящая из покоев отца Таллии заплаканная и избитая девушка, и я с клацаньем закрыла рот.