Катастрофа на драконьем факультете

Под настороженный взгляд его соседа наполняла графин с водой, а потом сидела в ожидании новых ничтожных приказов. Вот только Сат меня к книгам теперь не подпускал — он даже к столу подсесть не позволял.

— Кларисса, тебе нужно готовиться к экзаменам? — эйр поинтересовался нейтрально, отвлекшись от записей. — Можешь принести сюда пособия и готовиться здесь.

Я только вздохнула. Теории подразумевалось очень немного — и я ее освоила в своих усердных попытках догнать остальных сокурсниц. А практика… на практике мне равных нет.

— Обойдусь.

Про его пособия я и не заикалась — знала, что откажет. И Сат очень зол на меня за ложь — все злы, но Сат побольше прочих. А у него еще и бесконечное нежелание делиться своим.

— Знаешь, — я начала рассуждать вслух задумчиво, надеясь, что каким-то образом хотя бы издали подведу к теме, что мне можно сидеть и поближе к столу, — эта драконья жадность выглядит такой преувеличенной! Даже интересно, что ты при том чувствуешь, неужели вообще обуздать не можешь?

— Мог бы — ты бы сейчас здесь не сидела, — ответил он, не отвлекаясь от конспекта лекции.

Я снова тяжко вздохнула.

— Отчего ж тогда я подобного не испытываю? Вот ни капли. Увижу, что человеку кусок хлеба нужен — дам. Пойму, что его спасет монетка — брошу. То ли я не дракон, то ли… — Я вдруг ожила, сообразив: — Поняла! Дело вовсе не в природе, а в воспитании! Ведь меня не воспитывали как дракона, так откуда мне было знать, что надо из-за каждой щедрости за сердце хвататься?

Сат скосил на меня веселый взгляд:

— Ты несешь какой-то абсурд, Кларисса.

Но я уже так погрузилась в свои выводы, что не могла уняться — даже на ноги подскочила:

— Разве? Ты же умный, во всем пытаешься разобраться! Так вот тебе пища для размышлений — что в человеке идет от крови, а что от воспитания и окружения? Во мне нет недостатков драконов, потому что меня не растили как дракона!

— Это не недостаток, а достоинство.

Но я его не слышала:

— Мамка моя очень домовитая, все наперед в быту просчитывает — с ее характером в торговки бы идти! И все равно увидь она, что кого-то из соседей беда прижала, так не поскупилась бы — выругала за нерациональность, лицо бы грозное сквасила, но помогла! И это всех касается — лисы пакостны, поскольку с колыбели их учат пакостить.