Катастрофа на драконьем факультете

Даже если бы она обо всем честно рассказала отцу — и тот ничего бы не поделал. Купец лису ничего не противопоставит. А вот у дракона, пусть поддельного и нечистокровного, шансов больше… Ее просьбу я понять могла, но оторопела. И как, интересно, я отомщу Орину? Ведь тот со своей подлой родней все еще остается в курсе подлога! Не факт, что моя кровь надолго заткнет им рты. Попытка примирения даже мне надежды не подкинула — наоборот, лисы наверняка теперь соображают, что смогут поиметь при изменившихся обстоятельствах.

Я как была промеж всех огней, так на том же месте и осталась.

Экзамены прошли для меня слишком легко и в каком-то тумане. При сдаче теории я допустила несколько ошибок, но даже профессор древней истории просто поставил свою подпись на бланке без единого комментария. Всем учителям было ясно — эти оценки больше не имеют для меня никакого значения.

Практику сдала с еще меньшими усилиями. Единственной загвоздкой было задание с кроликами — бедные кролики так и оставались нашим пока единственным материалом для опытов, ведь мои сокурсники осваивали практику намного медленнее меня.

Я, недолго думая, просто прочитала драконье заклинание. Госпожа Рона изобразила, что не заметила — или не в ее полномочиях было замечать такие детали — и выставила мне наивысший балл.

Не все первокурсники сдали экзамены — их беспощадно отправили в канцелярию, чтобы забрали документы. Не нравится — пусть поступают в следующем году за ту же плату и пытаются снова. Остальные же, успешно миновавшие испытания, сразу разъезжались на каникулы по домам.

С ними и Мия, которая перед прощанием сказала только:

— Полагаю, когда вернусь, тебя в комнате уже не будет?

— Я точно не знаю, Мия. Пока никаких распоряжений от коменданта не было.

— Тогда скажи этой старой ведьме, что я не против, если ты здесь останешься! Вдруг в драконьих спальнях свободного места нет?

— Возможно и такое, — я невольно начала улыбаться. — Намекаешь, что тебе жить с драконом не очень-то противно?

— Да при чем тут дракон? — знакомо скривилась Мия.

— Просто вместо тебя подселят какую-нибудь замухрышку, которую мне заново перевоспитывать. А на тебе уже мое благотворное влияние заметно!

Я с тихим смехом проводила соседку. Вот так Мия изменилась и не изменилась одновременно — чувствовалось в ней нежелание прощаться, за несколько месяцев совместного быта мы действительно прижились и пообвыклись друг к другу. Но выражает она эту мысль так, как ей привычнее всего.