Мама для Совенка. Часть первая

Придется верить на слово, которое варвар мог изменить в любой момент.

Потребовать гарантий? И нарваться на возмущенное: «Не верите моему слову?» Так и к камере вернуться можно, а попасть туда Юле не хотелось. Для впечатлений хватило и пыточной.

— Хорошо, я согласна. Что касается оскорблений, держитесь от меня подальше — и никто не пострадает, — мило улыбнулась она, глядя, как его высочество недовольно поджимает губы.

— Надеюсь, — с нажимом произнес варвар, — на ваше здравомыслие.

Юля могла бы долго рассуждать о том, что понятие здравости у них разное, но махнула рукой — сутки как-нибудь продержится, а там придумает способ вернуться домой.

— Я могу его забрать? — спросила Юля, с болью глядя на Совенка.

— Вы — да, — подтвердил варвар.

— А наказание?

— Не ваша забота. Вы же собираетесь вернуться? — подколол ее варвар. Вот пойми его: то обвиняет в похищении, то в вину ставит желание вернуться. Как собака, честное слово: и кусает, и уйти не дает.

Она не собиралась оправдываться. Если тупому варвару непонятно, что у взрослого человека могут быть свои обязательства, то он... просто тупой варвар.

— Аль, вставай, мне разрешили тебя забрать, — обняла девушка худенькое тельце, прижимая к себе. И сразу неважными показались причины, требовавшие возвращения домой.

— Юля, — выдохнул Совенок, утыкаясь лицом ей в живот.

— Я останусь здесь до завтра. Покажешь свою комнату? — с напускной беззаботностью проговорила девушка, гладя детя по жестким волосам.

— Останешься? — Совенок заглянул в лицо, и она кивнула, но малыш внезапно нахмурился, повернулся к варвару.

— Брат, ты даруешь Юле свою защиту? — спросил требовательно.

Варвар в ответ едва заметно скривился, словно его попросили о чем-то неприличном.

— Мне не нужна защита, милый, — попыталась отказаться Юля, но малыш заупрямился:

— Нет, нужна. Я же принял твое покровительство, так почему ты отказываешься?

Ничего непонятно, но в целом мысль улавливалась.

— Твой брат может не согласиться, — привела весомый аргумент Юля.

Варвар вскинул бровь, прищурился и разъединил браслет, отщелкнув от него узкое кольцо.

— Я согласен. Твоя просьба разумна. Этой женщине лучше ходить под моей защитой.

Звучало, точно ее на поводок сажали. Впрочем, без присмотра все равно не оставят.