Мама для Совенка. Часть первая

— Дядька умолк, покосившись на Альгара.

Юля была ему благодарна. Роды и беременность — не та тема, о которой стоило говорить при Совенке.

— И что? Его величество просто так взял и простил? — поинтересовалась она.

— Простил, но не сразу, — усмехнулся Эфан, — Второй не дурак, подготовился. Даров, говорили, привез полкорабля, соглашение о мире и ненападении сроком на десять лет. Жена опять же красавица и сильный маг воды.

— И ничего, что чужая?

— А вы присмотритесь ко двору, — посоветовал мужчина, — раньше на материк ездили, брали из своих, а теперь моду завели привозить жен из такой зад.

.. гм, дальних стран, что диву даешься. Не удивлюсь, если из тапунов себе супружниц выбирать начнут. — И он рассерженно умолк.

А Юля задумалась о вывертах птичьего общества. Странное у них понятие об аристократизме. Похоже, из-за того что почти все высадившиеся на острова принадлежали к аристократии, деление пошло по расовому признаку. А так как женщина здесь принадлежность, а не полноценный человек, то незазорно брать в семью чужачку, лишь бы сила, да красота со здоровьем были при ней.

И титул, тут Юля готова была спорить на что угодно, наследовался только мужчинами. А если вспомнить многочисленность королевского рода, то саму аристократию можно было поделить на две категории: родственники короля и неудачники.

В окно пахнуло морем, усилились крики птиц, народу стало в разы больше, вдоль дороги выстроились пирамиды ящиков, бочек и прочих грузов.

— Не украдут? — полюбопытствовала Юля.

— Только если хозяин сэкономит на защите.

Вот она — польза магии, подумала с уважением девушка. И охрана не нужна, заклинание наложил — груз в безопасности. Удобно.

Повозка остановилась напротив белоснежного красавца. Никаких «Черных жемчужин», черепов и прочих атрибутов. Пять мачт, на которых сейчас были спущены паруса, высокий борт с ни разу не скромной надписью «Повелитель», поражающая длина. Юля слышала о крупных пятимачтовых барках, но такое чудо видела впервые. Около трапа находилась пара матросов, одетых в белые с зелеными полосками куртки и штаны, которая лениво гоняла любопытных мальчишек.

Народ толпился, но на приличном расстоянии, опасаясь подходить. Ах да, вспомнила Юля, изнасилованные города.

— Да-а-а, — протянул, не сдержавшись, Эфан. Он крякнул, поднес ладонь к глазам, оглядывая корабль.

Совенок выразил эмоции иначе — крепко, до боли, вцепившись в ее ладонь.

— Все хорошо, — шепнула Юля.

Второй вон вернулся целым и невредимым, даже жену себе привез.

— Юля, Альгар.