Медвежатник

Товарищ министра, в отличие от полковника, скрывать настроение не умел, и, когда Савелий Родионов небрежно спихивал деньги на край стола, он так пыхтел, как будто тот запускал руку в его собственный карман.

Первым поднялся Григорий Васильевич:

– Извините, господа, но сегодняшних впечатлений для меня достаточно. Еще одна такая игра, и у меня не останется денег, чтобы нанять извозчика.

– Знаете что, я тоже, пожалуй, отыгрался. Выпью бокальчик шампанского, в моем положении это весьма эффективное средство для поднятия духа, – отозвался полковник.

– Мне ничего не остается делать, как последовать за вами. Если вы не возражаете, я составлю вам компанию, – грузно поднялся товарищ министра и, не глядя на Савелия, закосолапил вслед за полковником.

Настроение у него было прескверное, тайный советник рассчитывал если уж не проиграться, то хотя бы продержаться за карточным столом до полуночи. Лишившись развлечения, ему теперь ничего более не оставалось, как идти пить шампанское.

Савелий посмотрел на Аристова и виновато улыбнулся.

Григорий Васильевич вдруг подумал, что он совершенно ничего не знает о своем новом знакомом. Однако этот молодой мужчина ему нравился все больше. В Савелии Родионове чувствовалась порода, которую невозможно было имитировать английским костюмом и заученными манерами.

– Я вижу, вы в затруднительном положении, – вдруг произнес Савелий Родионов. – Если не возражаете, я мог бы одолжить вам… Двадцать тысяч вас устроит?

Григорий Васильевич боролся с собой несколько секунд, а потом, не сумев справиться с искушением, осторожно, как будто опасался обжечься, взял пачку банкнот за самый краешек:

– Премного благодарен.

Я верну вам эти деньги… завтра. Где мне вас можно найти?

– Можете не торопиться, а отыскать меня можно вот по этому адресу, – и Савелий протянул визитную карточку. – Теперь позвольте откланяться. Дела, знаете ли!

– Я, пожалуй, тоже пойду. – Аристов отошел от стола.

– Как вам не стыдно! Вы обещали не оставлять меня, а сами целый вечер играете в карты.

Теперь я вас не отпущу, – подошла Анна Викторовна и, обиженно поджав губы, взяла Аристова под локоть.

– Ну что вы, больше я от вас ни на шаг. Наигрался! Аннушка, дорогая, а вы не подскажете мне, что это за молодой господин? – качнул головой Аристов в сторону удаляющегося Савелия.

– О! Это очень состоятельный человек. Промышленник, а еще меценат.

– Вот как! – удивленно выдохнул Аристов.

– А теперь я хочу танцевать.