Лихая гастроль

Мисаилов едва не поперхнулся, но спорить с князем не хотелось.

– Ну-у, как вам сказать…

– Признаюсь откровенно, – перебил Иван Федорович, – обычно за подобную услугу мой гонорар составляет год жалованья. А это, согласитесь, немалые деньги. Но с вас я беру значительно меньше. Так вас устраивают шесть тысяч?

– Вполне приемлемо, – ответил Мисаилов, все еще не в силах вырваться из охвативших его грез. Перед ним разворачивались невиданные перспективы, масштаб которых он даже не мог осмыслить. Шутка ли, сам вице-губернатор!

– Вот и славно! – с заметным облегчением проговорил князь.

– И когда мне приступать к работе?

– Экий вы, батенька, прыткий, – весело рассмеялся Иван Федорович. – Хотя, может быть, для дела это и неплохо, – неожиданно сделался он серьезным. – Такие важные решения не принимаются в течение двух-трех дней. – Чуток призадумавшись, сказал: – Но обещаю, что это будет скоро, не пройдет и двух недель, как вы займете кресло вице-губернатора. А для начала мне нужно переговорить кое с кем из министров.

– Я все понимаю, ваше сиятельство, – поспешно заверил Терентий Платонович.

– То, что мы делаем, скажу так… не совсем в пределах правил, а поэтому мы должны поберечься. Это в ваших же интересах. Если же начнете распространяться на эту тему и захотите нанести ущерб моей репутации, то вам вряд ли кто поверит, я же со своей стороны предприму все меры, чтобы вы оказались… в значительном отдалении от вице-губернаторского места.

По спине Терентия Платоновича пробежал неприятный холодок. Его собеседник был с большими связями, и ему ничего не стоило отправить его за клевету куда-нибудь в Сибирь.

– Разумеется, ваше сиятельство. Не беспокойтесь, можете положиться на меня всецело.

– Вот и отлично! Ваши данные у меня имеются, сегодня же я передам их одному заинтересованному лицу. Сами понимаете, его услуга не бескорыстна и требует кое-каких затрат, так что я взял бы у вас авансом три тысячи рублей.

Терентий Платонович принялся поспешно рыться в карманах.

– Да, у меня как раз есть с собой такие деньги.

Виновато улыбнувшись, князь произнес:

– В нашем деле не принято тратить собственную наличность.

– Конечно же.

– А то как получается… Я вам помогаю, батенька, а еще и трачу свои деньги, это будет похлеще, чем меценатство.