Конец таежной банды

Местное руководство, судя по всему, совсем спятило, если собиралось совершить такое. Он не будет участвовать в этом массовом убийстве.

Алексей решительно захлопнул папку и отодвинул от себя. Он представил, как приходит к Трубину и заявляет ему это все. Карьере, конечно, придет конец – да и хрен с ней. Другое дело, что его могут записать во враги народа. В последнее время это делалось слишком легко. А может, есть другой способ. Может, он сумеет остановить это безумие. Единственное препятствие – это Трубин, с руководством районов вопрос можно будет решить по старинке – кто не с нами, тот против нас… Начальник окрисполкома опасен, но и его можно будет свалить, если правильно разыграть партию.

И никакие связи не помогут, коли сделать все как надо. На смену мрачному настроению и унынию пришло воодушевление. Алексей в возбуждении забегал по комнате гостиничного номера, продумывая детали предстоящей операции. Вначале надо разобраться с бандой. Эта победа будет козырем в его руках после провала Красина.

* * *

В тот час, когда Алексей укладывался спать в своем номере гостиницы, на окраине села Сосновка полыхали колхозные амбары. Пламя пожирало постройки, выбрасывая в небо снопы искр. Его багровые отблески освещали группу всадников, сгрудившихся у дороги и наблюдавших за делом рук своих.

– Хорошо горит, Колян, – заметил Серый, хлопнув по плечу друга.

– Да, знатный костер, – согласился тот, расчесывая пятерней рыжие вихры.

Серый повернулся и подозвал невысокого полного лысого мужчину в легкой суконной одежде из деревенских, что помогал им:

– Эй, Кырныш, поди сюда.

– Что? – испуганным голосом спросил мужчина и подъехал к нему. – Унху, ты что-то хотел от меня?

Унху на на языке манси означало – большой человек. Серому льстило, что его так называли, но внешне он никак этого не проявлял. Держался сдержанно и с достоинством.

– Покажи дома руководителей колхоза. Надо навестить их.

– Вы будете их убивать? – деловито поинтересовался Кырныш.

– Будем, – подтвердил Серый, проверяя винтовку.

– Только всех убивайте, никого не оставляйте, – попросил Кырныш, – иначе донесут они на меня. Заметят и донесут.

– Что, и детей тоже? – враждебно поинтересовался Колян.

– Всех.

– Да брось ты, – махнул рукой Серый, – кто тебя ночью-то узнает, темно ведь. Платок вон на морду намотай. А детей убивать мы не будем. И так грехов на душе полно лежит.