Конец таежной банды

– Отобьемся, – уверенно ответила Евдокия, хотя сама такой уверенности не чувствовала, но хотела внушить уверенность сестре, повысить боевой дух, так как знала, что настрой самое главное при любом сражении.

– Непременно отобьемся, – поддакнула Анисья, и они синхронно улыбнулись, угадав мысли друг друга.

Не теряя времени, Анисья стала собираться, а Евдокия, откинувшись на лавке, с мечтательной улыбкой произнесла:

– Знаешь, сестренка, а я ведь мечтала, что мы накопим сил и захватим Меднинск. Вот бы было здорово.

– Эка ты куда хватила, – хихикнула Анисья.

– А чего, – возмутилась Евдокия, – вон Пугачев до Москвы дошел! А мы чем хуже?

– Пугачев! Когда это было? – отмахнулась Анисья, заряжая «маузер». – Сейчас время не то. Мы даже из леса нос высунуть не сможем. Красные бросят на нас конницу – и конец.

– Ладно уж, и помечтать нельзя, – огрызнулась Евдокия.

– Мечты у тебя слишком детские, – вздохнула Анисья, – я вот, например, мечтаю совсем о другом.

– Это о чем же? – Евдокия приподнялась на лавке и подперла голову кулаком.

– О том, – буркнула Анисья и посмотрелась в зеркало, висевшее на стене. – Сколько нам еще тут в лесу сидеть? Рано или поздно красные доберутся до нас. В любом случае конец для нас будет один.

– Да что ты каркаешь, – воскликнула Евдокия, подскочив, – пусть попробуют добраться сначала!

– Нам уходить надо отсюда, – мягко произнесла Анисья, – убьют нас, как отца.

– Куда уходить? – не поняла ее сестра. – Ты что говоришь? Что же мы так возьмем и сдадимся комунякам! Нет, я пойду до конца! И людей как бросишь? Они же на нас надеются!

– Да пойми ты, мы и им не поможем, и себя погубим, – тяжело вздохнув, ответила Анисья, – отряды карателей будут приходить без конца. Люди сопротивляются им, потому что надеются на нас. А если мы уйдем, они сдадутся, и все успокоится. Пойми ты, мы только продлеваем агонию.

– Нет, я не согласна, надо бороться, – возразила Евдокия.

– Это все равно что червяку бороться с лопатой, – грустно улыбнулась Анисья. – Тот, кто управляет лопатой, далеко, и червяку до него никогда не дотянуться. А борьба с лопатой заканчивается тем, что червяка разрубают пополам.

– Я не червяк, – неуверенно возразила Евдокия, исподлобья поглядывая на сестру. – Хорошо, может, ты в чем-то права. Но куда нам уходить-то?

– Я пока еще не придумала, – честно призналась Анисья.