Из шпаны – в паханы

 – Сказал он, куда к нему на поклон явиться я должен?

Гаврила покачал головой.

– Нет, не сказал.

– Плохо. Но ничего, сами как-нибудь разберемся. Казань – город небольшой, а сыскать такую личность, как Рекрут, труда огромного не составит. Знаешь, где он обычно бывает, Игнат?

Молодой уркач спрыгнул с подоконника и быстрым движением поправил ворот рубахи. Блик со щеки исчез.

– Я интересовался уже, – быстро заговорил он. – Перехватить Рекрута где-то в одном месте трудно. Его чекисты по всей Казани ищут, вот он и хоронится.

Но кое-какие места есть. На Стреженовской, например. Там Федотья малину держит. И привечает жиганов. Я так кумекаю, что это самый верный майдан. Коли самого Рекрута там не сыщем, так наверняка будут людишки, которые на него нас и наведут. Что скажешь, Скулатый?

Казанский авторитет ответил не сразу. Было видно, что он тщательно обдумывает предложенный вариант, взвешивает все «за» и «против». Узкие потрескавшиеся губы плотно сомкнулись на дымящейся папиросе. Игнат и все остальные ждали решения Скулатого.

– Давай попробуем, – произнес наконец старый уркаган. – Снаряди людишек на Стреженовскую, и пусть они хорошенько тряхнут майдан Федотьи. Валить всех, кто там окажется. Без разбору. Повезет нам, так и Рекрута замочим, а нет… Пламенный привет ему будет! Чтобы знал, щенок, на кого наехать удумал. А то хозяином он себя возомнил! Сучонок!

– Если Рекрута на Стреженовской не завалим, он ответный рейд учинит, – высказался до сих пор молчавший Оглобля.

 – Это как пить дать, Скулатый.

– Ну и начхать! – авторитет снова закашлялся и раздраженно швырнул недокуренную папиросу в пепельницу. – Милости просим! У нас тоже волын хватает. Явится к нам, значит, встретим как подобает. Но прогибаться я ни под кого не стану. И поклон челом бить в ноги всякой мрази, у которой и молоко-то на губах не обсохло, не собираюсь.

– Это верно, – поспешил согласиться Оглобля, не желая провоцировать Скулатого на очередную вспышку ярости. – Прогибаться мы не станем.

Я только хотел сказать, что хорошо бы нам самого Рекрута достать. И дружка его – Резо.

– Хорошо бы, хорошо бы, – немного успокаиваясь, откликнулся Скулатый. – Но на безрыбье и рак – рыба. Сидеть сложа руки резона нам нету. Так что давай, Игнат, отправляй людей на Стреженовскую, – авторитет мрачно покосился на Гаврилу и, словно только что вспомнив, добавил: – Водки надобно. Петю Маленького помянуть. По-человечески.

– Сейчас принесу, – поднялся Оглобля.