Государственный преступник

Вот и мне тоже стало интересно, – нашелся что ответить Сенька.

– Ладно, продолжай.

– Ну, пошел, значит, я за ними. Дошли до озерка. У них с собой сумка была большая. Они стали из нее вынимать какие-то бумаги. А в сумку наклали камней и бросили в озеро.

– Зачем? – снова спросила Вера.

– Да, видать, сперли они эту сумку. Вот и бросили ее в воду, чтобы следы замести, – резонно заключил парень.

– Да, это очень странно, – задумчиво произнесла Вера. – Ну а что было потом?

– Потом они ушли, а эту вот связку писем – забыли.

– Ох, Семен, – недоверчиво посмотрела на него Вера. – Правду ли ты мне говоришь?

– Правду, сущую правду, – заверил ее Сенька и для пущей убедительности вытаращил глаза.

– Хорошо, если так. Мне думается, эти письма надо вернуть их истинному владельцу.

– Где ж вы его найдете? – усмехнулся Сенька. – Даже тех двоих след давно простыл.

– Пока не знаю, – ответила Вера. – Так или иначе мне надо посоветоваться с дядей.

– А награда? – осторожно напомнил Сенька.

– А сколько ты хотел за них выручить?

– Пятьсот рублей, – не сморгнув глазом, ответил начинающий коммерсант.

– Сколько, сколько? – рассмеялась Вера.

– Триста, – посмурнел парень.

– Удивляюсь я на тебя, Семен, – серьезно сказала Вера. – Разве можно требовать награды?

– Сто рублей, – уныло пробурчал Сенька. – Хотя бы. Тем более что половину я должен отдать Кузьме.

– Это почему же? – насторожилась Вера.

– Я ему все рассказал, и он потребовал половинную долю.

– Хорош же у тебя друг, – усмехнулась Вера. – Ладно, ступай. Мне надо сначала все обдумать и поговорить с дядей.

Сенька поклонился и вышел из беседки с понурым видом. Но глаза его светились лукавством. Теперь он уже не жалел, что поделился письмами с Кузьмой.

Вот оно, счастье одноглазое!

Глава 6

ВОТ ТАК ФОКУС

Покуда Обличайло сушился и грелся у костра, Артемий Платонович открыл найденную сумку и вывалил ее содержимое на землю. Камни, одни камни. Похоже, они имеют дело с опытными преступниками, и рассчитывать на то, что те легко сделают какую-либо ошибку, значило ничего не понимать в сыскном деле.

– Максим Станиславович! – сказал он и протянул материю приставу. – Взгляните-ка!

– Носовой платок, – констатировал Обличайло, расправляя клочок материи.