Город в кулаке

А уж если появится группа, они будут… ну, как бы штабные. Мазитов и Копнин, например. Они знают свое дело. Надо поручать это Мазитову. А если понадобится кто-то еще, они уже все организуют сами.

Кулагин отправил в рот последнюю ложку супа и отставил тарелку в сторону.

– Ладно. Двое так двое, – сказал он. – Мазитов и Копнин. Больше никто не нужен. Решено. А чтобы не начался разброд, надо, чтобы они начали работу завтра же. Иначе мы упустим момент. Нас перестанут уважать. Когда ты сможешь достать Мазитова?

– Могу хоть сейчас.

Позвоню, и через пятнадцать минут будет. У него хата в соседнем доме. А Копнин у него всегда трется.

– Давай, тащи его сюда и скажи, чтоб шевелил поршнями. Водка стынет.

Горшаков встал, надвинул на переносицу темные очки и направился в холл.

– Несогласных пятнадцать-двадцать человек, Леня. Ты хочешь, чтобы Мазитов пришил всех одновременно? – спросил Вершинский.

– Думаю, что этого не понадобится. – Кулагин достал сигареты и закурил. – Две-три головы для начала.

Остальные поймут, что ошибались, сразу, как только первые две-три группировки останутся без главарей. Остальные сами прибегут. Убрать одного – это еще ничего не значит.

– Меня удивляет, на что они рассчитывают, – заговорил Левинсон, лениво потягивая пиво из высокого бокала. – В одиночку теперь ничего не сделаешь. Ни одного крупного промышленника не удержишь. Тебя просто раздавят, как таракана. Ладно эта мелкая дворовая шантрапа, но на что Шумский надеется?

Кулагин затушил недокуренную сигарету и тут же принялся за второю.

– Если он так делает, у него наверняка далекоидущие планы. Ты не сомневайся… – парировал Вершинский.

Кулагин не дал ему договорить.

– Да плевать я хотел, на что они рассчитывают! – Он стукнул кулаком по столу и заметил, как несколько посетителей ресторана повернули голову в их сторону. – Я знаю, что создание коалиции – это единственное, что имеет перспективу. Мне сейчас интересно только это. И у кого какие планы, мне положить на это… Нес – не мальчик.

Он все понимает. Все мелкие группировки по одной со временем перестреляют менты, или они сами друг друга перережут…

За столик вернулся Горшаков. В руках у него было по стулу. С грохотом опустив их на пол, он передвинул очки с переносицы на лоб.

– Порядок. Через пятнадцать минут будут оба. Я считаю, что это правильное решение. Сами накосорезили – сами пусть и отвечают. Посмотрим, как они заговорят, когда их задницы некому будет прикрыть.