Дверь, ведущая в ад

Вернее, походило, но на кафе советских времен (не зря же оно нравилось старику Сахнину и его престарелой команде): народ в начале раздаточной линии из нескольких прилавков брал подносы и инструменты в виде ложек и вилок (ножей не имелось), затем, двигаясь вдоль прилавков к их концу, набирал себе на подносы выбранные салаты, холодные закуски, выпечку и, согласно меню, заказывал горячие блюда, которые выставляла им продавщица. В самом конце раздаточной линии стоял громоздкий кассовый аппарат, за которым сидела кассирша, которая, глядя на пищу, расставленную на подносе, высчитывала ее стоимость.

После чего клиент расплачивался, забирал поднос и начинал выискивать свободные места за пластиковыми столиками.

Народу в «Берлоге» было не много, но и не мало. Как только столики освобождались, их тотчас занимали страждущие покушать, даже не дожидаясь, пока со столов уберут посуду.

– Ты определилась, что будешь брать? – спросил я Ирину, когда мы встали к прилавкам.

– Я что-то не очень хочу есть, – ответила она.

 – Наверное, возьму салат и королевскую ватрушку с чаем.

– Я сам тебе возьму, – отозвался я, внимательно оглядывая зал. – А ты пока займи нам столик. Вон тот, в самом углу сейчас освободится.

– Хорошо, – кивнула Ирина и вышла из очереди. Когда облюбованный мною столик освободился, она тотчас села за него, а на соседний стул положила свою сумочку. Это означало, что данный столик уже «занят».

Степаныч заказал себе солянку и мясное рагу.

Степа взял солянку и картофель с котлетой. Я взял себе куриную лапшу и плов, а Ирине – салат и королевскую ватрушку. На третье мы все взяли себе чай.

Для столовой блюда оказались приготовленными весьма неплохо. И стоили недорого. Прямо, как в советские времена.

– Королевская ватрушка – ну, просто чудо! – сказала Ирина, покончив с салатом.

– Серьезно? – посмотрел я на нее.

– Абсолютно. Хочешь попробовать?

– Давай.

Она протянула мне ватрушку, и я, перегнувшись через стол, откусил небольшой кусочек, который почти мгновенно растаял у меня во рту, оставив приятный твороженно-сладкий вкус.

– Ну как? – спросила она.

– Замечательно, – искренне ответил я.

– Хочешь еще? – спросила Ирина.

– Нет, спасибо. Знаешь, надо как-то выразить свою благодарность руководству кафе. По поводу ватрушки и прочих блюд.

Когда мы поели, Степаныч пошел к машине, а мы со Степой и Ириной подошли к кассиру.