Чужой своим не станет

У вас найдется такая?

– Да, мой фюрер! – отвечал генерал-лейтенант, мгновенно оценив сложность инженерных работ.

– Когда вы сможете устранить недостаток?

– Займемся этим немедленно. Думаю, нам понадобится несколько часов.

– Я говорю о реальных сроках, – несколько раздраженно произнес Гитлер.

– Самое большее – сутки. Будем работать день и ночь.

– Пусть в спальную комнату будут проведены только трубы!

– Сделаем, мой фюрер, – заверил генерал-лейтенант.

– И еще вот что… Меня очень беспокоит содержимое всех баллонов в Ставке.

– Так точно! – охотно откликнулся Хойзингер. – В лаборатории города Летцен.

– Хорошо, – довольно протянул Гитлер. – Я им доверяю, у этой лаборатории хорошая репутация.

Вышли из блиндажа, в лесу заметно посвежело. Близился вечер, на столбах были смонтированы лампы направленного действия, освещавшие пути сообщения между блиндажами.

Гитлер хранил задумчивость. Сопровождающие подметили, что ему нравилось не все.

Генерал-лейтенант Хойзингер терпеливо ждал вердикта фюрера.

– Вот что я вам скажу, Хойзингер, я всерьез опасаюсь русского десанта. Установите на крыше моего блиндажа пулеметные гнезда, контролирующие подступы к нему. Это первое… Второе: перед входом в блиндаж должна стоять толстая бетонная стенка. А в проходе между блиндажом и стеной по обе стороны от входа поставьте пулеметы.

– Сделаем, мой фюрер, – с готовностью отозвался генерал-лейтенант. Это было сделать куда легче, чем провести дополнительные инженерные работы.

– Это еще не все… Перед блиндажом для гостей вырыть рвы и тоже установить пулеметы. Думаю, только при всех этих условиях я буду как-то защищен.

– Вам не стоит беспокоиться, мой фюрер, вы находитесь под надежной защитой. Не хотелось бы думать о крайностях, но каждый из нас готов отдать жизнь за своего фюрера.

– Я не сомневаюсь в вашей преданности, Хойзингер. – Повернувшись к Линге, Гитлер сказал: – Просто у меня дурное предчувствие, а я привык доверять ему… Даже не знаю, с чем это связано… А оно не однажды спасало меня от смерти. Мне бы хотелось, чтобы я и мои люди были надежно защищены.

– Мой фюрер, я всецело согласен с генерал-лейтенантом, здесь вы находитесь в полнейшей безопасности, – заверил адъютант.