Чужой своим не станет

Умеет получать желаемое и для достижения цели идет на любую подлость. Все его действия глубоко просчитаны и выверены, он ничто не оставляет на волю случая, а такой лакомый кусочек, как штаб «Валли», тем более не пропустит мимо себя.

Не далее как вчера они повстречались в приемной Гиммлера, и Шелленберг с печальными интонациями произнес, что чувствует себя обманутым. Причем голос его был настолько проникновенным, что обергруппенфюрер едва удержался от желания утешить его добрым словом. В действительности Шелленберг был гениальнейший актер и большой манипулятор, и сыгранная роль была всего-навсего прелюдией к каким-то конкретным действиям.

Неожиданно в комнату вошел побледневший адъютант и растерянно произнес:

– Господин обергруппенфюрер, только что сообщили: на фюрера в «Вольфшанце» было совершено покушение.

– Что? – невольно ахнул Кальтенбруннер. – Фюрер жив?!

– Да, жив. Ушибы и легкие ранения обеих ног.

– Как это случилось?

– Во время совещания под столом взорвалась бомба.

Вскочив с места, Кальтенбруннер заторопился к выходу:

– Я выезжаю в «Вольфшанце», немедленно!

Глава 5

Кто вы, господин Штольце?

Тимофей Романцев подошел к старомодному громоздкому шкафу с закругленными углами и взял с полки фотографию в светло-желтой изящной деревянной рамке, на которой он был запечатлен с Зоей. Ему хорошо запомнилось то время: шли тяжелые бои под Витебском, но перелом в войне уже ощущался. А еще установились солнечные дни, настроение было хорошее: оба молодые, счастливые оттого, что вместе, и еще они знали, что эти мгновения больше никогда не повторятся.

Пережитое ощущение осталось в прошлом. Осталась лишь фотография годичной давности; за это время они сделались старше, а значит, помудрели. На войне люди взрослеют особенно быстро. Вернуться в прошлое невозможно, это не кинолента, которую можно остановить на полюбившемся кадре или прокрутить заново понравившийся эпизод.

Прошедший год заставил Романцева многое переосмыслить, немало испытать. Он изменился не только внутренне, но и внешне. Чего греха таить – прожитые дни добавили в его густую шевелюру целую прядь седых волос. Отношения с женой претерпели некоторые изменения; они не стали хуже, просто как-то устоялись. Ушла романтика, свойственная начальному этапу отношений. Но свежесть не потерялась, а с некоторых пор он стал чувствовать себя с Зоей одним целым.