Бриллиантовый крест медвежатника

Выходили они из беседки не враз, а друг за другом по прошествии некоторого времени. Так предложил американец.

– Я остановился в отеле «Метрополь». Позвоните мне, когда все закончится. Мой нумер сорок шестой, – заявил он вместо прощания и ушел, безмятежно насвистывая какой-то мотивчик. Минут через пять-семь оставили беседку и Савелий с Митрофаном.

– И не боязно тебе с такими деньжищами? – усмехаясь, спросил Митрофана Савелий, когда они поджидали извозчика.

– Не, – ответил бывший громила. – Ежели что, то у меня волына имеется.

– Ну, тогда другое дело, – усмехнулся Родионов. Сам он предпочитал работать без оружия и только в самых редких случаях брал с собой небольшой «бульдог» самой новейшей марки, так, попугать, ежели что. Потому как путать благородное ремесло вскрывателя несгораемых шкафов и сейфов с мокрухой он считал самым наипоследнейшим делом. Он никогда еще не стрелял в людей и не намеревался делать это и впредь. В отличие от Митрофана, за душой коего числилось несколько успокоенных им навечно людей.

Подошла крытая двухместная пролетка.

– На Большую Дмитровку, дом Стрешнева, – сказал Савелий, усевшись рядом с Митрофаном.

Щеголеватый «ванька» кивнул и залихватски свистнул. Когда пролетка тронулась, к тому месту, где Савелий с Митрофаном дожидались извозчика, подошел неприметный человек с невыразительным лицом мелкого чиновника, такое можно встретить в любой из московских канцелярий, и долго смотрел вслед пролетке, покуда она не скрылась из виду.

Глава 3

ФИЛЕР

– …а затем означенный Савелий Родионов, взяв извозчика, отправился к себе на квартиру на Большой Дмитровке.

Исправляющий обязанности полицмейстера пристав Тверской части Херувимов промокнул лысину платком и шмыгнул носом.

– Что с вами? – спросил обер-полицмейстер. – Вы больны?

– Инфлюэнца, ваше превосходительство, – ответил Херувимов, как учили, поедая глазами начальство.

– Хорошо, продолжайте, – сказал начальник полиции Первопрестольной.

– Это все, господин генерал.

Херувимов снова промокнул лысину вышитым батистовым платочком и воззрился на генерала.

– А зачем Родионову понадобилось встречаться с этим американцем, как его?.. – пощелкал пальцами обер-полицмейстер.

– Берком Гендлером, – подсказал Херувимов.

– Да, Гендлером?

– Выясняем, господин генерал. За Гендлером тоже установлено наблюдение.