Чужая колея

 – Пап, мне надо с тобой серьезно поговорить.

– Поговорить? – в глазах Славика мелькнуло беспокойство. – Давай поговорим, чего же не поговорить? Отец с дочкой это… завсегда… никаких секретов промеж них…

Он спустил ноги на пол, нащупал тапочки, протянул руку за пультом, убрал до минимума звук в телевизоре, посмотрел на Свету выжидательно, осторожно спросил:

– Про маму чего?

– Нет… то есть, не совсем… ну, в общем, да. Короче, Серега, парень мой, ты его видел…

– Видел, ага, – закивал Славик, перебивая.

– Я и держусь, – слегка раздраженно сказала Света. – Ты не перебивай. В общем, он в Москву уезжает, говорит, работу ему там предлагают, с жильем типа решено все, меня с собой зовет. Короче, я уезжаю, на работе заявление написала, неделю отрабатываю, и в следующую пятницу мы едем.

– В Москву? – переспросил отец, осмысливая услышанное, и тут же расплылся в широкой улыбке. – Так это же здорово, это ж просто замечательно! Дорога-ая моя-я столица, золота-ая моя-я Москва, – попытался пропеть он, но, дав петуха, хрипло закашлялся.

– Я, Светик, вот чего думаю, – радостно продолжил Славик, отдышавшись после кашля. – Такой девочке, как ты, самое место в Москве. И то верно – чего тебе тут пропадать? Ну, за это, так сказать, полагается, – он потянулся было к бутылке, но Света его опередила, отодвинув самогон на другой край стола.

– Я сказала, надо серьезно поговорить.

Увидев, как нетерпеливо тянется к бутылке чуть дрожащая рука отца, Света почувствовала острый приступ раздражения, быстро переходящего в настоящую злость.

– Как – не начинался? – удивился отец. – Разве ты не это хотела сказать… ну, что в Москву с Серегой едешь?

– Я хотела сказать, – она заговорила медленно, отчетливо проговаривая каждое слово и не отрывая пристального взгляда от ставшего вдруг каким-то растерянным лица Славика, – что, когда я уеду, на маме повиснет все – добывание денег, работа в огороде, порядок в доме, стирка, приготовление еды, короче – все.

– Из-за меня? – очень тихо переспросил отец.

– Я хотела сказать, – продолжала Света тем же тоном, словно не расслышав вопроса, – что и сейчас не уверена, правильно ли делаю, бросая маму наедине с таким помощником, как ты.